Читаем Тайный фарватер полностью

Ночная вьюга разогнала тучи, и теперь в небе ярко светило зимнее солнце, под его лучами молодой снег искрился и играл слепящими брызгами самоцветов.

Прикрыв глаза ладонью, Садыков отыскал взглядом Таймураза Хадышева. Пророк стоял в стороне от собравшихся боевиков и застывшим взглядом смотрел на юг, туда, где проходила граница.

– Над чем задумался, брат? – приблизившись, спросил Турпал.

– Только сейчас я понял одну из главных жизненных истин.

– Интересно узнать, что же?

– Аллах не делает ничего просто так. На любое деяние Всевышним отведено свое время. Я не успел уйти из страны гяуров, как выпал глубокий снег.

– Может, это потому, что Аллах проверяет своих пророков таким образом, – фельдшер в последние месяцы «цивильной» жизни увлекался психологией и прочел достаточное количество книг на эту тему. Свои знания он был не прочь применить на практике, потому что возврата назад у него уже не было. – Ты же не собираешься опускать руки или застрелиться, или, что еще хуже, сдаться «гоблинам»?

Таймураз Хадышев с усмешкой посмотрел на побратима и тихо, чтобы не слышали остальные, произнес:

– Где-то мне довелось прочитать, как бегут из сибирских зон. Опытные зэки, собравшись на побег, обязательно силой или хитростью захватывают с собой молодого арестанта, которого еще жизнь за колючкой не особо потрепала, на нем и шкура крепкая, и мясо с жиром. Таких называют «коровами». – Пророк на мгновение замолчал и пристально посмотрел в глаза побратима, будто выясняя, понимает тот, о чем речь или нет. Убедившись, что Турпал его внимательно слушает, продолжал: – Из-за этого снега нам теперь предстоит тяжелая дорога. Но, что бы ни случилось, я от нее не откажусь, даже если мне придется жрать мясо «гоблинов» или правоверных, я все равно пойду до конца.

От этих слов Садыков внутренне содрогнулся, но он и виду не подал, сообразив, что Таймураз сейчас находится в полуистерическом трансе и малейшее возражение может вызвать самую непредвиденную реакцию.

Сборы были недолгими, боевики разобрали палатки, сложили все имущество в рюкзаки и, накинув поверх одежды белые накидки, сливающиеся с выпавшим снегом, двинулись цепочкой на юг.

Снег был глубокий, но еще не успевший слежаться. Проваливаясь по колено, а иногда и по пояс, чеченцы, барахтаясь и тяжело дыша, упорно шли в гору. Солнечные лучи, отражаясь от искрящейся снежной поверхности, безжалостно жгли глаза.

Впереди отряда шел Мирзо с двумя самыми крепкими боевиками. Таймураз Хадышев вместе с Турпалом шел с остальной группой. Пророк видел, как тяжело приходится его молодому помощнику. Но юноша не сдавался, карабкаясь изо всех сил за взрослыми джигитами.

– Старается мальчишка, – смахивая со лба капли пота, скупо похвалил его Турпал. – В будущем может стать настоящим воином.

– Возможно, – согласился Пророк, его лицо внезапно обезобразила недовольная гримаса, он сплюнул под ноги. – Если его раньше федералы не грохнут.

Не понимая раздражения товарища, Садыков пожал плечами и отошел.

Отряд боевиков наконец выбрался из расщелины и двинулся по узкой полосе горного плато. Теперь идти стало гораздо легче, ураган разметал выпавший снег, и под ногами похрустывала тонкая корка льда.

Отряд уже прошел половину плато, когда до слуха людей донесся грохот вертолетных двигателей. Первым на это среагировал Пророк – вложив в рот два пальца, он громко свистнул и приказал встревожившимся боевикам: – Всем рассеяться!

Накинув на головы капюшоны маскировочных накидок, чеченцы ринулись с плато под прикрытие деревьев с уродливыми кривыми ветками, тянущимися к небу. Рухнув в снег, боевики растворились на его белом фоне.

«Прижимаясь» к горам, на небольшой высоте пронеслась пара «МИ-8МТ».

– Эх, жаль, не успели приготовиться, – высовывая голову из снега, заявил один из боевиков. – С такой позиции даже из гранатометов можно было их «приземлить».

– Не жалей, – со знанием дела произнес Таймураз. – Сбили бы мы эти вертолеты или нет, а вот они нас смешали бы с дерьмом и горной породой. – Хадышев кивнул на противоположную сторону, где высоко в небе стремительно неслась пара ударных вертолетов «КА-50». Вытянутые, по-акульи курносые морды боевых винтокрылых машин напоминали смертоносных хищников, рыскающих в поисках добычи.

Две вертолетные пары летели в одном направлении, туда, куда и двигался отряд Пророка. Тяжелое предчувствие ледяным комом всколыхнулось в душе полевого командира…

В этот день Махмуд Аббас приехал в яхт-клуб не на такси, как обычно, а на неброской светлосерой «Хонде».

Выбравшись из салона автомобиля, полковник легко взбежал по трапу на борт яхты. На борту сидели Али, Мустафа и Виктор. В жаркое послеобеденное время матросы отдыхали под натянутым на корме тентом, потягивая из высоких стаканов травяной чай со льдом, не забывая поглядывать за сигнальным тросом, привязанным к Ясеру.

– Али, Виктор, за мной, – негромко приказал Аббас, проходя через корму в кубрик.

– Наш шеф ну прямо как английский лорд, – глядя на белоснежный костюм Фарука, негромко заметил Савченко. Но ливиец на его шутку не отреагировал.