Читаем Таинственный сон полностью

— А, да. Бьют они друг друга, значит, бьют. Только силы-то равны. И тут Алар’Кей кричит что-то на драконьем. У меня чуть голова не лопнула. Драконий язык — он такой. Понять, что написано, человек еще может, а вот вслух произнести — уже нет. Такой он сложный. Я тогда за голову схватился, не рассчитал. И выкатился с опушки прямо под ноги этим двум. Тор’Анир меня увидел и крикнул что-то в ответ брату. Схватил он меня, я подумал что все — конец. Отжил я свое. А он что похуже задумал. Я помню, что в глазах все померкло, а потом услышал еще драконьи крики, но теперь я понимал, что они говорят. Тор’Анир сотворил какую-то жуткую магию. Превратил меня в меч, чтобы с помощью моей жизненной силы поразить Алар’Кея. И говорил он, мол, что людей можно использовать, как источники силы. И что старший брат, дурак, зря тратит на них свое время. Потом провал был какой-то. И вот я уже в пещере лежу. Я это понял по звукам вокруг. И ощущениям. Это просто непередаваемо! Я все слышал и чувствовал. Только не видел ничего. И двигаться не мог. Надеюсь, что вы, друзья, в такой ситуации не окажетесь. Пакость еще та. Я так долго лежал. Помню, приходил кто-то, читал заклинания, облил меня какой-то жидкостью, и стало как-то трудно дышать и все тело сковало. Я, конечно, не сведущ в магии особо, но сразу понял, что это проклятие какое-то. Только после этого больше ничего не слышал. Только лежал один в темноте. Долго лежал. Так долго, что уснул даже. Хотя мне не хотелось ни есть, ни спать, ничего вообще. А потом меня кто-то нашел. Кто-то сильный, но хрупкий. Я догадываюсь кто, — Арни поглядел на Адору. Та отвернулась. — А потом меня украли у этого кого-то. Мне то, в общем-то, всё равно было, где быть. Даже веселее как-то из рук в руки переходить, хоть разговоры разные послушать. А потом я оказался у эльфов. Я сразу понял, что я у них. Терпеть их не мог еще при жизни. А тут кругом музыка, птички поют, пахнет чем-то цветочным. Ну, точно. Я лежал в оружейной и слушал слухи разные, сплетни. Эльфы любят побалакать. Только понять никак не мог, сколько времени прошло. И тут пришла Саманта. Гостья из другого мира. Она как меня в руки взяла, я сразу понял — вот он, мой воин, с которым я не буду томиться в ножнах. Я даже обрадовался, а потом оказалось, что проклятье мое — это печать. Видать, когда мною Тор’Анир пытался убить брата своего, на меня наложили печать, что я могу только защищать хозяина, а нападать мною нельзя. Ну, и понеслось-поехало. Я старался слушать внимательно, вникать во все. Понял, кто твои спутницы, что происходит. Потом изо всех сил поднатужился, и смог вам пару сообщений передать. Ну а вот и все, собственно. Что тут еще скажешь… Поесть бы чего.

Мы молча переглянулись. Такого поворота событий никто не ожидал. Меня почему-то начал пробирать гнев. Я пнула ногой скамейку и вышла из комнаты. В прихожей зале мне стало дышаться намного легче. Я старалась уже ничему не удивляться и воспринимать все происходящее, как должное, но сейчас я начала искренне переживать за успех нашего предприятия. За моей спиной послышались приглушенные шаги. Это Майя вышла меня проведать.

— Что случилось?

— Что случилось? Ты спрашиваешь — что случилось? — я не хотела поворачиваться, не хотела, чтобы Майя видела мое лицо. — Это конец, Майя… вернее, даже хуже — мы вернулись в начало.

— Что ты такое говоришь? Начало чего?

— Начало всего этого! У нас не было ничего. Мне просто навязали, что я должна всех спасти, победить неведомое зло, а как мне это сделать — никто не сказал. А потом появился этот меч, и я стала сильнее с ним, у меня появилась уверенность. Потом еще гномы обнадежили, мол, этим мечом я сражу Тор’Анира или, по крайней мере, он особенный, он ответит нам на наши вопросы. И мы тащились за сотни километров, подвергая себя опасности, чтобы узнать, что этот меч вообще не меч, и там просто сидел какой-то парень, который понятия не имеет, что происходит и как нам победить взбесившегося дракона. Класс! Шикарно!

Я так и не увидела, какое выражение лица было у Майи. Я просто взяла свой заплечный мешок, который оставила у входа, и покинула цитадель гномов. Я не знала, куда мне идти, и что делать, но я не могла оставаться там и смотреть в глаза людям и нелюдям, которые ждали от меня какого-то великого свершения, как это часто бывает в подобных историях. Широкими шагами я свернула за угол цитадели и притаилась в небольшой низине. Прижимая к себе мешок с вещами я ждала, пока уляжется шум, и мои товарищи пройдут мимо. Меньше всего мне хотелось сейчас оставаться с ними. Они звали меня, но я молчала, и вскоре их крики стихли вдали. Тогда я собралась с силами начала спуск по скалистым склонам вниз в долину, которая хорошо виднелась с гномьей горы. Под ногами осыпалась земля, и камни мешали свободно ступать, но я хотела скорее уйти на безопасное расстояние, чтобы никто уже не нашел меня.