– Ну вот, кажется, все здоровы. – Каспар с облегчением перевел дух и завязал мешочек с порошком. – Пора уходить, разобравшись между собой, эти колдуны снова примутся за нас.

Получив очередной страшный удар, Кромб зашипел и, скрючившись, превратился в облезлого шакала. Тот жалобно тявкнул и, поджав хвост, помчался прочь.

Мессир Дюран отряхнул с себя пыль, глядя невидящим взором в сторону убегающего врага. Сегодня мессир Кромб оказался на удивление крепок и упрям, но очень скоро выяснилось, что за ним нет глубокой силы, есть лишь остатки жизней, собранные на поле брани, – Кромб так низко опустился, что уже не брезговал ничем.

Мессир Дюран улыбнулся – сегодня он еще раз доказал себе, что стоит кое-чего и без поддержки магического ордена, а ведь иные маги без поддержки вовсе пропадали, становясь в ряд простых смертных.

Внимательно осмотрев поваленные деревья и измятый кустарник, мессир Дюран определил направление следов Проныры и его подручных. Но унестись, подобно ветру, следом за ними он не смог, слишком много сил было отдано на посрамление Кромба.

– Проклятый могильщик, – прошипел Дюран.

Очертив вокруг себя круг, он произнес заклинание и перенесся в один из промежуточных миров, где обычно отдыхал и накапливал силы.

25

Потянулись холмы с редкими кустами на склонах, все вокруг выглядело безжизненным, и даже порхающие с места на место бесцветные птички не скрашивали пейзаж.

– Жарко, – сказал Фундинул, вытирая лицо рукавом. – А что сейчас в песках творится, ваша милость, даже подумать страшно.

– Настоящее пекло, но, по счастью, мы едем не туда.

Появившаяся на верхушке одного из холмов черная точка заставила Каспара заволноваться. За первой появилась вторая, третья… десятая – и сразу целая шеренга.

– Всадники, – сказал Аркуэнон.

– Нам не оторваться – лошади устали, – заметил Бертран.

– Что ж, придется принимать бой, – сказал Каспар. – Готовьтесь и постарайтесь предусмотреть все, если это возможно.

Привычные манипуляции не заняли много времени, и вскоре отряд Фрая был готов к схватке. Бертран взвел арбалет, Каспар и Аркуэнон приготовили луки. В последнюю очередь Каспар ослабил ремень на сумке, где лежал собранный и готовый к применению «Железный дождь».

– Кто это может быть? – спросил Фундинул, присматриваясь к цепи противника.

– А тебе не все равно? – пожал широкими плечами орк. – Коли поддадимся, все одно не помилуют.

– Мне не все равно. Кто это, как вы думаете, ваша милость?

– Рейтары или даже уйгуны. Я слышал, у лорда Кремптона их служит пара сотен.

При слове «уйгун» невозмутимое обычно лицо эльфа исказила гримаса отвращения. Сгорбленные и желтоглазые уйгуны появлялись на свет только от смешанных браков представителей разных рас. Лет в двенадцать они осознавали свое отличие от окружающих и уходили в леса, где сбивались в шайки с себе подобными.

Единственным развлечением уйгунов была война, а кровожадностью они могли переплюнуть демонов.

Всадники приближались, скоро можно было различить черных длинногривых лошадок и изогнутые клинки в руках наступавших.

– Уйгуны и есть, – определил Бертран, поднимая арбалет.

Щелкнул замок, болт выбил из седла переднего всадника – судя по всему, предводителя. Он покатился по земле, прямо под копыта лошадей, остальные уйгуны завыли звериными голосами и принялись ожесточенно нахлестывать лошадей.

Когда до них осталось ярдов пятьдесят, в дело вступили Аркуэнон и Каспар. Стрелы полетели одна за другой, выбивая самых активных уйгунов, смешивая порядки противника и сбивая темп атаки. Однако потери уйгунов не смущали, и, даже оставив на склоне холма два десятка убитых и раненых, они упорно рвались вперед.

Аркуэнон ушел с линии атаки, и первого уйгуна взял на себя Фундинул: сначала он оглушил лошадь противника ударом рукояти, а когда та споткнулась, нанес удар всаднику.

Заработал мечом Углук, рассекая массу уйгунов на две части, вокруг него закружились Каспар и Бертран, не забывая держаться от двуручника орка на безопасном расстоянии.

Полетели шлемы, расколотые щиты, падавшие уйгуны пытались пропороть мардиганцам брюхо, но ученые лошади били их копытами и вцеплялись зубами в загривки черномастных уйгунских лошадей.

Каспар отразил очередной удар, другой отбил кинжалом, уколол мечом и дал коню шпоры, чтобы выскочить из окружения. И снова атака, удары налево и направо, близкий свист стрел Аркуэнона, метавшегося по окрестным склонам и стрелявшего, как только гонявшиеся за ним уйгуны предоставляли такую возможность.

По накладкам скрежетали вражеские клинки, но пока обходилось без ранений. Устав рубить правой, Бертран фон Марингер перекинул меч в левую руку – подготовка бюварда это позволяла. Уйгуны стали наседать, и в ход пошел длинный кинжал, клинки мелькали в руках Бертрана с такой скоростью, что он стал похож на смертоносную мельницу.

К уйгунам подошло подкрепление, дело стало принимать скверный оборот. Каспар видел, что Углук, уже не успевая рубить всех нападающих, время от времени пускает в ход кулаки.