– Даже не пытайся! – Лорд Кремптон самодовольно усмехнулся. – Крышка зачарована, а в моих руках конец «серебряной нити», закрепленной на твоей лапе! Стоит мне пожелать, и ты будешь мучиться еще сильнее!

– Чего тебе нужно? – проскрипела калхинуда, едва сдерживая душившую ее ярость.

Прижавшиеся к стенам слуги тряслись от страха, а советник Вирхольт стоял ни жив ни мертв.

– Я выпущу тебя полетать, калхинуда. Можешь сожрать десяток-другой моих крестьян, но сначала поймай и уничтожь Каспара Фрая и его отряд! Всех до последнего!

– При нем колдун – он снова убьет меня!

– А ты перехитри его, придумай что-нибудь! Ну что, выпускать тебя или подергать за «серебряную нить»?

– Выпус-скай. Я попытаюс-с-сь…

Лорд Кремптон снял с шеи мешочек с вышитыми на нем магическими символами и извлек из него серебряный ключ. Щелкнули запоры, засовы отошли, лорд спешно отскочил в сторону.

Отброшенная могучим ударом крышка отлетела, и крылатый демон, яростно воя, ринулся в небо.

24

Для привала остановились на опушке леса, дальше тянулись открытые, поросшие кустарником холмы, и Каспар решил, что поесть и отдохнуть лучше здесь.

Развели костер из сухих, почти не дающих дыма веток – нельзя было исключать, что рейтары идут по следу. Углук подвесил котел с водой и взялся свежевать подстреленного Аркуэноном зайца.

– Наконец-то поедим свежатины, – сказал Фундинул. – А то надоело это сушеное мясо да солонина.

– А чего тут есть? – печально вздохнул Углук. – Мне на один зуб.

– Вот и пожуешь конинки, а мы – зайчатину, да, Шустрик? А ну, не балуй! – Гном вскочил с коряги и поспешил к мулу, чтобы отогнать его от огромной трухлявой поганки, которую тот с аппетитом поедал.

– Теперь, наверное, сдохнет, – со злорадством произнес Углук.

– Не дождешься, чудовище! – парировал гном и стал трясти мула за уши. – Выплюнь, Шустрик, выплюнь! Это нельзя есть!

Углук опустил мясо в кипяток, бросил соли и щедро насыпал крупы, по лесу поплыл аппетитный запах.

– Пахнет отлично, – сказал Бертран.

– О да, ваше сиятельство, у меня даже брюхо сводит, – согласился орк, помешивая варево прутиком.

Запах привлек Каспара и вернувшегося из местной разведки Аркуэнона. Все сели вокруг костра, не мигая глядя на бурлящее варево.

– Кажется, готово, – дрожащим голосом произнес орк и полез ложкой в котелок.

– Не смей! – Фундинул ударил его по лбу своей ложкой, отчего она раскололась пополам.

Гном с недоумением посмотрел на обломки, Каспар и Бертран засмеялись.

– Все забываю, что у тебя железный лоб, – сказал гном.

– Это не лоб, это шлем! – поправил Углук. – Ну сколько же можно варить? Там от зайца ничего не останется!

– Уговорил, обжора, готовь брюхо, – сжалился Фундинул, снимая котелок с огня.

Вопреки опасениям орка, похлебка получилась густой и вкусной, зайчатины в ней было немного, зато крупы достаточно.

– Очень вкусно, Фундинул, – сказал Каспар, когда все было съедено. – Спасибо, что проследил за готовкой.

Фундинул надулся от гордости, а Углук уже открыл было рот, чтобы потребовать своей доли похвалы, ведь это он разделывал зайца, готовил воду и крупу, а гном только…

– Слишком тихо, – сказал вдруг Аркуэнон, убирая ложку.

– В лесу всегда так, – возразил Бертран.

Каспар прислушался: действительно, вокруг стояла абсолютная тишина. Ни пения птиц, ни жужжания насекомых, ни шороха листьев и шума ветра. Даже облака на небосклоне словно замерли, а знойный воздух сделался сухим и словно шершавым.

– Так было в тот раз, когда нас чуть не заманили в ловушку нижних миров.

– Точно так, ваша милость, – подтвердил Углук, подтягивая к себе меч. – Магией пахнет!

– Надо уходить, – принял решение Каспар. – Мне это не нравится.

Тут громадная тень закрыла полнеба, и Каспар упал на землю, раздался треск сучьев, удар рухнувшего дерева, калхинуда разочарованно взревела и стала набирать высоту, чтобы напасть снова.

Помня последствия прошлого столкновения, в этот раз она долго таилась, вынюхивая, есть ли в отряде мессир Маноло. Для демона всякое ожидание – жуткая мука, но калхинуда не могла забыть о двух стрелах с «сухим заклятием», вонзившихся ей в брюхо и едва не отправивших ее на самое дно нижних миров. Она атаковала, лишь убедившись, что на этот раз мага в отряде нет.

– Стреляй! – крикнул Бертран, придавленный обрушившейся на него толстой веткой.

Аркуэнон спустил тетиву, но стрела отскочила от брюха чудовища.

– Давай еще! – Каспар вскочил и, прихрамывая, побежал туда, где бесились на привязи лошади и трясся мелкой дрожью Шустрик.

Внезапно из-за дерева шагнул сморщенный старик и преградил Каспару дорогу.

– Ха-ха! – воскликнул он мерзким скрипучим голосом. – Какая встреча! Никак Каспар Фрай по прозвищу Проныра?!

За прошедшие сутки мессир Кромб хорошо подкрепился и чувствовал себя в состоянии атаковать Фрая.

Времени на раздумья не было, Каспар услышал, как хлещут по макушкам деревьев крылья калхинуды, и бросился на землю, вызвав недоумение Кромба.

– Ты тщишься вымолить прощение, глупец? – В глазах Кромба злоба мешалась с торжеством, но тут на него упала черная тень – это был крылатый демон, пикировавший прямо на мага.

– О, птенчик мой…