Читаем Тайна России полностью

Приводя эти документы, исследователь данной темы А.К. Никитин отмечает также, что германские власти, кроме стремления к унификации, имели и пропагандную цель: в СССР в это время "безбожной пятилетки" 19321937 гг. шли жесточайшие преследования Церкви — и гитлеровский режим старался представить себя идейным противником большевизма, поддерживая Православие. Кроме того, Германия надеялась этим привлечь к себе симпатии других православных стран как возможных союзников — Румынии, Болгарии, Греции, а также поначалу и сербов в Югославии.

Поэтому в 1939-1940-е гг. Рейхсминистерство по церковным делам предприняло и ряд других шагов, чтобы завоевать симпатии православных верующих. В частности, после оккупации Польши, где были жесточайшие гонения польских властей на Православие с арестами духовенства и закрытием только в одном 1938 г. 114 храмов, немцы постарались восстановить справедливость: …православное население встречает доброжелательное отношение со стороны немецких властей, которые по первой просьбе населения возвращают ему отобранное поляками церковное имущество" [13].

В самой Германии готовилось открытие финансируемого государством Богословского академического Института в Берлине, который должен был заменить «евлогианский» Институт в Париже и закрытый после оккупации Польши православный факультет Варшавского университета. В подготовке участвовали архиепископ Серафим (Ладе), епископ Василий (Павловский), философ Н.с. Арсеньев, проф. Дорошенко, проф. архимандрит Грегор (Перадзе) [14].

В этом же русле лежала и упомянутая постройка православного собора в столице Рейха, одобренная лично Гитлером; она была представлена как важное политическое событие, поэтому и понадобился благодарственный адрес Гитлеру. Заметим, что ни один из епископов в других странах (даже противников Германии) не осудил тогда этого адреса, который был само собой разумеющимся. Поздравления и подарки в связи с постройкой этого храма Русская Зарубежная Церковь получила от православных Церквей из Сербии, Болгарии, Греции, Польши, Сирии…

Более того: можно привести пример, как не менее горячо подчеркивал свою лояльность гитлеровскому режиму глава либеральной «парижской» юрисдикции митр. Евлогий, не желавший терять контроль над своими приходами в Германии. В письме от 4 октября 1937 г., переданном через посла Германии в Париже, он писал рейхсминистру по церковным делам:

"Немецкое правительство считает нецелесообразным сохранять в Германии две юрисдикции русской православной Церкви, ибо, как показывает опыт дел в Лютеранской Церкви, одна из противоборствующих церковных группировок всегда выступает против правительства.

Позволю себе преданнейше выразить решительный протест против сформулированного таким образом подозрения, которое никоим образом не соответствует действительности. Ни я лично, ни мое духовенство, как и члены вверенных мне приходов, ни разу не навлекли на себя подозрение в нелояльности по отношению к правительству Рейха. Напротив, наше духовенство всегда проявляло полное почитание и преданность правительству этой страны, которая оказала гостеприимство нам, русским беженцам; в этом духе уважения и преданности наше духовенство воспитывает и свои приходы… Я, как и все мое духовенство… охраняем нашу христианскую паству от всех лжеучений, масонства, теософии, коммунизма и всех других учений, противных учению нашей Церкви… Что касается наших приходов, находящихся в Германии, то во всех наших храмах возносятся молитвы о правительстве этой страны и о немецком народе. В 1936 году на епархиальном собрании представителей духовенства и мирян из 14 стран была выражена благодарность правительству германского Рейха за благосклонное отношение к нашим приходам и их защиту…

Наконец, если правительство германского Рейха пожелает привлечь русские православные церкви к сотрудничеству в борьбе с коммунистическим безбожным движением, как и с другими движениями, работающими против христианства… то правительство Рейха найдет с нашей стороны полное согласие и поддержку" [15].

Письмо это, впрочем, ничего не могло изменить в немецких планах церковной унификации. Никитин подробно описывает, как «евлогианские» приходы в той или иной степени сопротивлялись этому решению, но в конце концов почти все были вынуждены смириться. Однако несправедливо перелагать на Зарубежную Церковь ответственность за давление немцев на эти приходы. Зарубежная Церковь не только не воспользовалась этим для их подчинения себе, но и сделала все возможное в той ситуации, чтобы смягчить последствия гитлеровского диктата, нередко защищая «евлогианское» духовенство перед властями. В частности, после оккупации немцами Бельгии Берлинский "архиепископ Серафим буквально вызволил из гестапо главу «евлогианской» общины в Бельгии архиепископа Александра (Немоловского) Брюссельского, взял его на поруки, поселив при русском храме в Тегеле и таким образом спас его" [16].