Читаем Тайна России полностью

Таким образом, "видеть новую Россию крепкой и здоровой", как надеялась "Русская делегация", члены "цивилизованной семьи народов" не пожелали. Ни одно из белых правительств в годы гражданской войны, даже в период их наибольших военных успехов, не получило дипломатического признания стран Антанты (за исключением признания де-факто правительства ген. Врангеля в Крыму — в силу специальных соображений и обстоятельств, о чем скажем далее).

Следует заметить, что в то время Красная армия была еще плохо организована и со стороны Антанты было бы достаточно прислать около десяти дивизий на Украину и на Кубань — в виде тыловой "армии прикрытия" русским добровольческим частям при их формировании, участия в боевых действиях от Антанты не требовалось, подчеркивали члены Ясской делегации [14]. Однако даже этого сделано не было.

* * *

Вместо помощи Белым армиям Антанта к началу 1919 г. приняла решение отгородиться от хаоса в России кордоном из пограничных с нею государств — Румынией, Чехословакией, Польшей. В январе 1919 г. Антанта сделала белым предложение, возмутившее их: начать переговоры с большевиками на Принцевых островах [15]… Случаи же «интервенции» стран Антанты на территории бывшей Российской империи после ноября 1918 г. имели целью не свержение власти большевиков, а обеспечение своего влияния во вновь образованных государствах.

Так, англичан интересовала бакинская нефть; к ноябрю 1919 г. они заняли Баку и железную дорогу до порта Батуми. Как вспоминал один из белых деятелей: "С легкой руки англичан грузины заняли определенно враждебную позицию к русским вообще и Добровольческой армии в частности. Русские в Тифлисе подвергались настоящему гонению. Особенно потерпела русская Церковь…; Деникин даже "просил англичан разъяснить, имеем мы дело с союзниками или с врагами? [16]. Небольшие английские части появились и в другой желанной сфере британских интересов — в Закаспии, контролируя железную дорогу Красноводск-Ашхабад.

Еще раньше англичане появились в Прибалтике, в декабре 1918 г., после ухода оттуда немцев — для поддержки независимости прибалтийских государств. В августе 1919 г. английский эмиссар по заранее составленному списку назначил Северо-Западное правительство при ген. Юдениче, потребовав от всех членов подписать лист, на котором было "неграмотным русским языком написано… признание эстонской независимости", иначе Антанта прекратила бы помощь [17], вспоминал М Маргулиес (участвовавший в составлении этого "правительства").

Впрочем, обещанной помощи от Антанты все равно не последовало даже в дни наступления Юденича Независимые же эстонцы в ответ на его просьбу о помощи заявили, "было бы непростительной глупостью со стороны эстонского народа, если бы он сделал это" После отхода Юденича от Петрограда "эстонский народ", по требованию Троцкого, разоружил Белую армию и посадил зимой за колючую проволоку. От болезней и эстонских репрессий тогда погибли тысячи белых воинов и членов их семей [18]. За это эстонцы получили от большевиков около 1000 кв. км русских земель по мирному договору от 2 февраля 1920 г., а большевики получили возможность экспорта золота (маскируя его российскую принадлежность) в другие страны через таллиннский порт.

Франция в начале 1919 г. тоже застолбила свою сферу влияния в Одессе и Севастополе, прислав войска на смену отходившим немцам: две французские и полторы греческих дивизии. Их командование заключив союз о помощи с правительством самостийной украинской Директории, не способной контролировать положение; французы заняли Херсон, Николаев и продвинулись на 100 км севернее Одессы, запрещая Добровольческой армии наступление на петлюровцев [19].

Но уже в марте-апреле при первой же угрозе со стороны большевиков, хотя и имея трехкратное превосходство перед ними, французы спешно эвакуировались, забрав у Белой армии русские военные суда и ценности Госбанка. Вопреки обещаниям, французы не передали белым и богатейшие фронтовые запасы царской армии, которые при бегстве были оставлены большевикам [20]…

Донскому атаману Краснову французы предъявили такие условия своей «помощи»: возмещение французским предпринимателям всех убытков, происшедших "вследствие отсутствия порядка в стране, в чем бы они не выражались, в порче машин и приспособлений, в отсутствии рабочей силы… обязаны возместить потерявшим трудоспособность, а также семьям убитых вследствие беспорядков и заплатить полностью среднюю доходность предприятий с причислением к ней 5-процентной надбавки за все то время, когда предприятия эти почему-либо не работали, начиная с 1914 года" [21]. "От союзников, вопреки установившемуся мнению, мы не получили ни копейки", писал ген. Краснов о положении на Дону.