Читаем Тайна Ла-Манша полностью

— Что могло случиться? — Нолан растерянно взмахнул рукой. — Загадка. С таким же успехом можно гадать, кто родится, мальчик или девочка! Тайна, беспросветная тайна. Фантастика. Говорю же, я виделся с ними прошлым вечером или, если угодно, ночью. И ни слова о том, что они решили проехаться на «Нимфе». Моксон твердо сказал, что он не поедет. Вообще-то он собирался, но внезапно получил печальное известие, и ему пришлось отменить поездку. Понятия не имею, что заставило их все-таки отправиться в плаванье… Не представляю.

— Так вы говорите, что мистер Моксон попросил вас поехать вместо него? А вы не могли бы рассказать почему?

— Разумеется. Тут нет никаких секретов. Мы все были партнерами в одной компании. У Моксона в Генеральном банке ценных бумаг. Вы про нее, конечно, слышали. Одна из крупнейших английских финансовых компаний. Моксон был председателем, Дипинг его заместителем, ну а ваш покорный слуга — заведующим одного из отделений.

— И чем именно вы занимались? — с многозначительным видом поинтересовался Макинтош.

— Деньгами, — коротко ответил тот. — Инвестиции, ссуды и все такое прочее.

— В Лондоне?

— Да, наша контора в Лондоне, на Треднидл-стрит[10]. Ну так вот. Моксону понадобилось встретиться с одним французским финансистом, с мосье Пастером. Они довольно долго вели переговоры на уровне деловых писем, но Моксону хотелось пообщаться с ним лично. Мосье Пастер гостит сейчас у друзей в Фекане[11]. И кстати сказать, он заядлый яхтсмен, обожает море. Моксон решил подъехать туда на своей «Нимфе» и пригласить мосье Пастера на морскую прогулку. Сугубо дипломатический ход, он подумал, что во время приятного путешествия гораздо проще будет обо всем договориться.

— Психологический фактор-р-р, — ввернул Макинтош.

— Вот именно, — усмехнулся Нолан. — Конечно, прогулка затевалась исключительно по деловым соображениям. Предполагалось, что вечером они с Пастером отобедают, а утром выйдут в море. Все вроде бы складывалось отлично. Но была одна заковыка. Вчера вечером у нас в Лондоне тоже был обед, очень ответственная встреча, на которой нужно было обсудить одну очень важную финансовую операцию. Компания собралась такая: мы втроем и еще два наших сотрудника. И, сами понимаете, у Моксона оставалось не так уж много времени, чтобы перегнать яхту в Фекан да еще успеть сегодня к восьми часам на встречу с Пастером.

Макинтош согласился, что график у Моксона действительно получался довольно жесткий.

— Он решил действовать следующим образом. Перегнать свою машину в Халлам, где мы должны были обедать, а из ресторана потом сразу поехать в Фолкстон, где он держал свою яхту, переночевать на борту, и с утра пораньше отчалить во Францию. Видимо, именно так он и поступил. Но почему? Он же сказал, что не сможет поехать. Я… я ничего не могу понять.

— А он объяснил, что именно заставило его переменить планы?

— Да-да, конечно. Как только мы собрались разъезжаться по домам, он подошел ко мне, очень расстроенный, сказал, что ему только что позвонила сестра, она живет в Бокстоне. В общем, она сказала, что на ее мужа напали и убили, когда он возвращался домой из театра. Разумеется, ему срочно нужно было отправляться в Бакстон. О поездке в Фекан больше не могло быть и речи, и он попросил, чтобы Пастером занялся я. Во-первых, потому, что я хорошо знаю все тонкости обсуждаемого дела, во-вторых, только у меня есть катер, и я смогу устроить Пастеру обещанную прогулку, столь важную для нашей фирмы. «И еще, — сказал он, — обязательно прихвати с собой Реймонда». Реймонд тоже работает у нас. Я знал, что Моксон и сам хотел взять его с собою. Это молодой парень, самый младший из нас. Очень обаятельный и общительный малый, составил бы Пастеру отличную компанию, тот бы наверняка не скучал. А кроме того, он шикарно печатает на машинке и знает стенографию. То есть если бы вдруг — вроде бы экспромтом — начались какие-то важные обсуждения, Реймонд бы все отлично запротоколировал. Моксон специально не хотел брать с собой секретаря, боялся спугнуть Пастера, тот мог догадаться, что его решили… мм… так сказать, «дожать». Я спросил у Моксона, как нам теперь связаться с Реймондом, ведь он уехал домой. Но оказалось, что Моксон как раз его и попросил подогнать машину. И заверил меня, что обо всем с ним договорится. Реймонд приедет ко мне домой к назначенному мной часу, и мы на моей машине отправимся в Дувр, где стоит мой катер. Мы решили, что выехать мне лучше в четыре тридцать, чтобы в семь тридцать мы уже могли отплыть. Я подумал, что лучше выйти в море пораньше, чтобы не опоздать на обед с Пастером.

— Какая скорость у вашего катера? — спросил Макинтош.

— Предельная — десять узлов.

— Добрались бы до Фекана часов в пять, в шесть — самое позднее.