— В каютах нам больше нечего делать, — непререкаемым тоном заявил он. — Уилкокс, поищите какие-нибудь тяжелые штуковины — придавить края флага… А вы, Смит, помогите закрыть тело.

Вскоре мертвец был тщательно укрыт, а края растянутого флага были прижаты к полу запасными частями, нашедшимися в машинном отделении. Это было единственное, что они могли сделать для погибшего, хотя бы этим его уважить. Макинтош машинально взглянул на часы: они показывали 13.50.

Из-за этой истории ему придется иметь дело с полицией, а полиции требуются точные факты. Его угораздило оказаться первым свидетелем, оказавшимся на месте преступления, и теперь копы будут вынимать из него душу, подавай им подробности, и побольше. Перед тем как тронуться в Нью-Хейвен, надо бы проверить, все ли он приметил и все ли обшарил?

Тут, конечно, не авария, а убийство или самоубийство. Сам Макинтош склонялся к версии с убийством, поскольку при беглом осмотре кают-компании никакого оружия найдено не было. Лично его это, в общем-то, не касалось, но ему хотелось наверняка убедиться. И, нарушив собственный приказ, он снова спустился в кают-компанию. Нет, никаких ножей и пистолетов там не было. Ни на виду, ни припрятано. Все ж таки тут совершено убийство.

Но еще немного подумав, он решил, что вывод делать рано. Тут могло быть и то и то. Если бы в руке у того, что лежал на палубе, был пистолет, это могло бы означать, что сначала он пристрелил своего компаньона, а потом себя.

«Ладно, пусть полицейские ломают головы», — сказал себе Макинтош, внимательно осматривая помещение.

Ему сразу бросилась в глаза одна деталь, упущенная при первом осмотре. У мертвеца в каюте на запястье поблескивали часы, стекло на циферблате было треснувшим, видимо, от удара об пол. Стрелки остановились на 12.33.

Если трагедия произошла в это время, то все вполне совпадало с предположением доктора. Макинтош подумал, что неплохо было бы раздобыть еще одно подтверждение.

Он отправился в машинное отделение. Потрогав кожух мотора, он спросил у Смита, проявившего себя настоящим экспертом:

— Когда, по-вашему, у них тут заглох мотор?

Смит ответил, что, прежде чем браться за дело, он тщательно все осмотрел и что, по его прикидкам, мотор не работал примерно час. Макинтош кивнул.

— Зафиксируйте показания всех приборов, — приказал он. — Топливо бензин, да? Отметьте, сколько чего. Да, еще ведь смазочное масло. Тоже зафиксируйте. Мы должны отрапортовать, что тут у нас никаких проколов.

Его приказание было прилежно выполнено. Вроде бы никаких неотложных и важных дел больше не было.

— Сейчас два часа, — заметил помощник капитана. — Нам пора трогать. Заводите эту штуку снова, Смит, посмотрим, как она себя поведет.

За штурвал Макинтош поставил Уилкокса, а сам наблюдал за движением. Скорость, похоже, была не так уж и велика, гораздо меньше десяти узлов. Максимум шесть.

Пелена над морем рассеялась, но не до конца. Никаких судов вокруг не наблюдалось, однако как только они набрали скорость, справа, в направлении норд-норд-ост, замаячила темная черточка. Макинтош приложил к глазам бинокль, найденный в рубке. Судно находилось слишком далеко, чтобы рассмотреть его подробно, но скорее всего, это был моторный катерок. Он несся им навстречу и, судя по двум белым гребням, вздыбившимся с обеих сторон от его носа, скорость была солидная. Убедившись, что столкновение явно им не грозит, Макинтош тщательно набил трубку, радуясь возможности хоть чем-то себя порадовать.

Макинтош был, как говорится, стреляным воробьем, успел послужить в военном флоте, но и его крепко задела за живое увиденная трагедия. До этого момента у него не было времени хорошенько подумать об увиденном, но теперь, когда все необходимые рутинные процедуры были позади, в голову невольно лезли непрошеные мысли. Кто такие эти двое и почему им выпала такая страшная участь? Обнаружится ли в правой руке человека на палубе — невидимой в данный момент — револьвер? Он ли убил того, второго, а потом и себя? Если да, то куда подевалась команда? Ведь эти двое явно люди сухопутные. Или их прикончил кто-то еще, и этому третьему удалось каким-то образом сбежать с яхты?

Мистер Макинтош отнюдь не испытывал особой тяги к детективным изысканиям, но естественное любопытство заставляло его снова и снова анализировать происшедшее, в надежде найти ответы на все множившиеся вопросы, хотя он и пытался отвлечься от истории мертвецов. Из полицейских предписаний он помнил лишь одно: ни к чему не прикасаться и держаться подальше от трупов, чтобы ненароком не затоптать следы и не смазать отпечатки пальцев.

— Сапожник должен знать свое место, — сказал он себе, как человек до мозга костей благоразумный и практичный. — Мое дело — доставить груз в Нью-Хейвен, и нечего ломать себе голову над тем, как все это случилось.

Но несмотря на этот мудрый вывод, он продолжал мучиться над этой головоломкой.

Глава 2

Макинтош принимает гостя