Читаем ТАЙНА КАТЫНИ полностью

Действия ряда конкретных высокопоставленных должностных лиц СССР квалифицированы по п. «б» ст. 193-17 УК РСФСР (1926 г.) как превышение власти, имевшее тяжелые последствия при наличии особо отягчающих обстоятельств. 21.09.2004 г. уголовное дело в их отношении прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за смертью виновных.

В ходе расследования по делу по инициативе польской стороны тщательно исследовалась и не подтвердилась версия о геноциде польского народа в период рассматриваемых событий весны 1940 года…

Действия должностных лиц НКВД СССР в отношении польских граждан основывались на уголовно-правовом мотиве и не имели целью уничтожить какую-либо демографическую группу.

… Российская прокуратура уведомила Генеральную прокуратуру Республики Польша о завершении следствия по данному уголовному делу и о готовности предоставления возможности ознакомления с 67 томами уголовного дела, не содержащими сведений, составляющих государственную тайну.

В настоящее время решается вопрос о возможности применения к расстрелянным польским гражданам Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий»» .

30 марта 2006 г. авторы настоящего исследования встретились в Главной военной прокуратуре Российской Федерации с генерал-майором юстиции Валерием Кондратовым и руководителем следственной бригады ГВП по Катынскому уголовному делу № 159 полковником юстиции Сергеем Шаламаевым.

Генерал Кондратов и полковник Шаламаев подтвердили информацию о том, что Главная военная прокуратура исследовала ситуацию в отношении 10 685 поляков, содержавшихся в тюрьмах Западной Белоруссии и Западной Украины. Согласно предложению Берии и решению Политбюро ЦК ВКП(б) подлежали расстрелу 11 000 польских заключенных. Однако в записке Шелепина указано, что было расстреляно лишь 7 305 содержавшихся в тюрьмах поляков. Судьба 3 695 оказалась неясной.

Предположительно, и эту точку зрения разделяют следователи Главной военной прокуратуры, эти 3 695 польских граждан были осуждены к различным срокам лишения свободы и направлены из украинских и белорусских тюрем в советские исправительно-трудовые лагеря, где некоторые из них умерли от естественных причин в 1940-41 гг., а большинство благополучно дождались амнистии от 12 августа 1941 г., освободились из мест лишения свободы и погибли позднее во время Великой Отечественной войны, в том числе с оружи-ем в руках сражаясь с немцами, или же умерли своей смертью после окончания войны.

В отношении судьбы 7 305 заключенных из тюрем Западной Украины и Западной Белоруссии, фигурирующих в «записке Шелепина», Главная военная прокуратура РФ предполагает, что все эти люди были во внесудебном порядке расстреляны сотрудниками НКВД СССР в апреле-мае 1940 г.

Никакими официальными сведениями о результатах польских раскопок и эксгумаций 1994-1996 гг. в Козьих Горах, Медном и Пятихатках ГВП РФ не располагает. К материалам уголовного дела № 159 данные этих польских эксгумаций не приобщались, как и данные более поздних польско-украинских эксгумаций на спецкладбище в Быковне (г. Киев).

В ходе беседы в ГВП была сделана попытка установить, каким именно образом сотрудниками Главной военной прокуратурой в ходе следствия была «абсолютно достоверно» установлена гибель 1 803 польских граждан из числа 14 552 военнопленных, содержавшихся в лагерях. После длительных и упорных расспросов сотрудники ГВП, не уточняя деталей, были вынуждены признать, что прозвучавшая 11 марта 2005 г. на пресс-конференции Главного военного прокурора РФ А. Н. Савенкова сенсационная цифра «1 803» была получена в результате простого сложения официальных данных о количестве трупов, эксгумированных комиссией Бурденко в 1944 г. и следственной бригадой ГВП РФ в 1991 г.