Читаем Тайна испанского манускрипта полностью

Посетителей в таверне находилось немного, в ней было тихо и почти не накурено. Из маленьких окон дальней стены в зал узкими напудренными полосами проникало солнце. Скоро трактирщик принёс им блюда – был он увесист и коренаст, и производил впечатление недюжинной силы. Все молча приступили к еде.

За соседним столом сидел и качался матрос, пьяный до последней степени.

– Все вы – низкие трусы, разрази вас гром! – время от времени вскрикивал он в пустоту, вздёргивая голову, как норовистая лошадь. – Никто не хочет драться! Деритесь, чёрт вас возьми!

На него никто не обращал внимания, только трактирщик косился время от времени. Пьяный в очередной раз смолк, потом повёл налитыми глазами, и его взгляд остановился на капитане. Пьяный встал и неуверенно шагнул к капитану.

– Я тебя здесь раньше не видел, – доверительно сообщил он, качаясь.

Капитан молчал, не спуская с пьяного настороженных глаз.

– И мне твои глаза не нравятся. Голубые, – пробормотал тот, колени его подогнулись и тут же выпрямились.

– Он из Наварры, – в один голос объяснили капитан Санчес и коммодор, поднимаясь с места.

Это прозвучало внушительно. Пьяный качнулся и пошёл к другому столу, вскрикивая обиженно:

– Деритесь же, чёрт вас возьми!

Трактирщик Балтазар придирчиво следил за ним. Коммодор и капитан Санчес сели.

И тут капитан увидел давешнего цыгана в чёрном. Он уверенно прошёл от двери к их столу и сел рядом с капитаном Санчес, который настороженно покосился на него.

– Вы капитан Санчес? – тихо спросил у него цыган.

– Да, – ответил тот с многозначительной улыбкой. – А вы кто такой, хотел бы я знать?

– Меня зовут Сальвадор… И мне рекомендовали вас как человека, умеющего улаживать дела щекотливого свойства, – сказал цыган удивительно правильным языком.

– Щекотливого? – переспросил испанец заинтересованно.

– Очень щекотливого, – подтвердил цыган, слегка склонив голову.

– А кто вам меня рекомендовал? – поинтересовался испанец.

– Некто Маэстро, – сказал цыган, он держался со странным достоинством.

Капитан Санчес кивнул.

И тут к ним за стол, на свободное место напротив цыгана, грузно рухнул рослый детина.

– Здравствуй, Сальвадор, – сказал он сладко цыгану и, неожиданно стремительно потянувшись всем телом через стол, схватил его за грудки – вот только притянуть к себе не успел.

Цыган, только что расслабленный и спокойный, тряхнул правой рукой в сторону и вдруг приставил к горлу детины непонятно откуда взявшееся оружие – то ли тонкий и узкий нож, то ли толстое и плоское шило. Оно мертвенно блеснуло в свете чадящих светильников. Капитан никогда подобного оружия раньше не видел. Детина отдёрнул руки и замер, затравленно косясь на цыгана, по горлу его потекла тонкая струйка крови. Цыган, страшно улыбаясь, отнял шило. Детина, не спуская глаз с цыгана, задом пошёл прочь. Так он и пятился, спотыкаясь, до самого выхода, не переставая смотреть на цыгана.

Потом все разом обернулись на грохот: к ним, сшибая столы и опрокидывая табуреты, неслись четверо – явные бандиты, все крупные и мускулистые, как на подбор, со злобными лицами и ощеренными ртами. Капитан вскочил и прыгнул к доктору, закрывая его спиной – доктор крутил головой, недоумённо глядя на поднимающихся из-за стола коммодора и капитана Санчес. Цыган продолжал сидеть со своим страшным шилом в руке, напружиненный и готовый вскочить. Мистер Трелони уже стоял в проходе с обнажённой шпагой, он был бледен, но улыбался.

И тут в голову одного из бандитов, просвистев в воздухе, врезалась бутылка – бандит вскинул руки и рухнул. Капитан оглянулся: трактирщик Балтазар нагнулся, появился из-под стойки с новой бутылкой в руках и за горлышко метнул её во второго бандита. Бутылка угодила тому опять в голову, также оглушив его. Капитан сорвался навстречу третьему бандиту и сшиб его под стол ударом кулака по скуле. Оставшийся бандит с ножом в руке замер, притормозив, возле кончика шпаги мистера Трелони. Тут от стойки полетела ещё одна бутылка, и оглушённый бандит свалился к ногам сквайра.

Трактирщик вышел из-за стойки. Ни слова не говоря, он взял лежащего за ноги и поволок к двери. Капитан потащил другого. Потом вдвоём они выволокли третьего. Четвёртый бандит выполз из-под стола сам и скрылся. Только тогда трактирщик открыл рот.

– У меня привычка – все драки в таверне гасить сразу, – проворчал он. – А то набьют посуды, мебель попереломают – а кто платить будет? Все потом разбегаются. Никто платить не хочет.

– Хорошая у вас привычка, сеньор, – отозвался капитан.

Трактирщик поманил его пальцами, и капитан подошёл с ним к стойке. Под стойкой у трактирщика Балтазара ровными и чистыми рядами стояли пустые бутылки.

– Вы несравненный виртуоз своего дела, сеньор, – сказал капитан, глядя на трактирщика с уважением.

Трактирщик довольно осклабился и пояснил с достоинством:

– Я много кидаю на досуге.

– Это чувствуется, – польстил ему капитан.

Он вернулся к столу, за которым опять все сидели на своих местах, даже цыган, который, впрочем, так и не поднялся со скамьи.