Читаем Тайна полностью

— Милли сказала мне, что вы здесь, -весело произнес он.-Залезайте! Мы поедем в коттедж Нэнни Бил. Глаза Би расширились.

— Неужели? Но откуда вы знаете, где он находится?

— Я освежил память старого месье Каркана стаканчиком пасти в «Кафе дю Маран Бле». Он вспомнил, что это неподалеку от виллы. Надо спуститься вниз по дороге, и после небольшого поворота мы увидим не сколько домов. Он сказал, что мы поймем, который дом ее, потому что он выглядит по-английски.

Они ехали по длинной извилистой дороге, пока не увидели несколько домиков на склоне холма. Маленький коттедж был огорожен изящной изгородью, за которой виднелся садик, заросший розами, дельфиниумом и маргаритками.

— Верно, — английский садик, — расхохотался Ник.

Хотя в домике никто не жил, он не выглядел заброшенным. Сад цвел, краска казалась свежей, и, по всей видимости, за розами хорошо ухаживали. Ник и Би заглянули в окно и по чистоте, царившей внутри, поняли, что за домиком кто-то присматривает.

Ник ушел расспросить соседей. Би осталась ждать его. Она села на шершавую деревянную скамейку в тени вьющихся растений, представляя себе, как престарелая английская леди ухаживала за своим чудесным садиком, как она сидела здесь по вечерам, наблюдая игру света над морем в закатный час. Возможно, леди размышляла о прошлом и о маленьком мальчике, которого оставили ей на воспитание.

Ник вернулся, узнав, что кто-то еженедельно приходит поработать в саду и прибрать в коттедже. Сосед сообщил ему, какое агентство этим занимается, и Ник решил, что, если они поторопятся, им удастся застать кого-нибудь в агентстве, прежде чем начнется двухчасовой французский ленч.

Они быстро поехали в соседний поселок. Би осталась в машине ждать Ника. Он долго не возвращался, и она уже начала нетерпеливо поглядывать на часы. Когда Ник наконец появился, он радостно помахал ей ключом.

— Пришлось пустить в ход все мое обаяние, — ухмыльнулся он, -и предложить в качестве гарантийного обеспечения не только мой счет, но и саму жизнь. Только после этого сей дракон в образе агента согласился расстаться с ключом. Мне еще удалось заставить ее сказать, кто платит за труды садовнику. Оказалось, что некий фонд под названием фонд Нэнни Бил через банк в Лондоне. Платежи поступают очень аккуратно, раз в квартал, и леди-дракон вовсе не жаждала, чтобы этому соглашению что-нибудь помешало. Но, когда я сообщил ей, что я-писатель, и заявил, что я могу упомянуть ее в своей книге о жизни на Ривьере, она стала податлива, как воск. Моментально отдала ключ и даже улыбнулась. Ох уж эта жажда славы!

Ник рассмеялся.

Они чувствовали себя взломщиками, когда открыли дверь коттеджа и вошли внутрь. Казалось, что Нэнни Бил все еще живет здесь.

Обстановка напоминала декорации к старомодному английскому фильму. Большое старое виндзорское кресло-качалка стояло у камина. Рядом находилась кушетка, обтянутая цветастой тканью. На ней лежали вышитые вручную подушки. На полу лежал веселенький красный коврик, на верхней полке дубового бюро стояло множество детских фотографий в серебряных рамках. Круглые очки в черепаховой оправе, принадлежавшие Нэнни Бил, покоились на раскрытом романе Диккенса «Дэвид Копперфильд», словно она сама их так оставила. В шкафу висел ее серый фланелевый плащ, рядом с ним-несколько простых платьев. Ее приличные туфли-черные зимние и белые летние — аккуратно выстроились внизу. На полке лежали круглые шляпки с полями, темно-синяя и соломенная, точно такие, как описывал месье Маркан.

Довольная, Би тихо вздохнула, оглядываясь по сторонам. В коттедже все было простым, но на редкость уместным. Узкая кровать из вишневого дерева с плотным белым покрывалом, тарелки на кухне и пустые хрустальные вазы были хорошего качества, но явно принадлежали женщине, которая благодаря своей работе всегда жила жизнью других и не смогла выработать собственный стиль. Коттедж Нэнни Бил говорил о том, что у его хозяйки было лишь то, что необходимо. И этого ей было достаточно.

Би осторожно села в кресло Нэнни.

— Нэнни Бил, Нэнни Бил, -шептала она с надеждой, тихонько раскачиваясь в нем. Она легко провела по страницам книги, дотронувшись до очков так, словно это прикосновение могло чем-то помочь.-Я чувствую, что знала вас.

Би напряженно вглядывалась в фотографии на бюро, надеясь, что они помогут что-нибудь вспомнить, но они были сняты много лет назад. Там были изображены очень «английские» дети в накрахмаленных белых платьицах и жестких матросских костюмчиках, сидящие в повозках, запряженных пони, на фоне огромных английских особняков. Или же дети с юбочками, подоткнутыми в панталоны, возившиеся на солнцепеке у моря и запечатленные для потомков где-нибудь во Фринтоне или Маргейте.

Би не хотелось вторгаться в личную жизнь Нэнни Бил, но Ник попросил ее не глупить: