Читаем Та, что надо мной (СИ) полностью

Дорога, ведущая отсюда в Вилагол, куда короче и ровней пути, который я одолел во время ночных блужданий. Но я присаживаюсь на каждый подходящий камень, а перед воротами пытаюсь скрыть от стражников, что меня ощутимо качает. Больше всего мне хочется, чтобы несколько дней меня никто не беспокоил – но на это вряд ли можно рассчитывать.

Однако судьба, для разнообразия, решила стать ко мне благосклонной. Прошло три дня, но ночные нападения не повторялись, и ульфа никто из горожан не видел. Так в городе девушка или нет? И есть ли у неё здесь покровитель или наниматель?

На четвёртый день я почувствовал себя достаточно окрепшим, чтобы выбраться к Тэка. Фехтованием мы в этот вечер не занимались, но за столом Сейно заметил, что лицо у меня к ночи заметно посерело. Он настоял, чтобы я остался до рассвета у них.

Я мирно уснул на старой фамильной кровати, которая помнила ещё прадеда хозяина дома, а к утру проснулся от криков и беготни. Натянув первое, что попало мне под руку, я выскочил на двор и увидел за распахнутыми воротами лежащего на камнях Полвера, телохранителя Сейно. Он был уже мёртв, грудь располосована, в глубине раны виднелось окровавленное сердце. Я закрыл ему глаза и, мысленно попросив прощения у покойного, осмотрел тело. Дыра в сердце оказалась круглой и ровной, и больше походила на ту, что могла оставить стрела, чем когти. Другие же раны на груди были почти неотличимы от тех, что затягивались сейчас у меня под рубахой, только крови на них почти не было. Нитей крови самого ульфа я не почувствовал, хотя это вряд ли о чём-то говорило – её и до этого удалось ранить всего один раз.

Обступившие нас слуги смотрели на меня как на опасного мага, ожидая ещё чего-то ужасного и непонятного, но я всего лишь попросил их позаботиться о покойном и поспешил к уже проснувшемуся Сейно.

- В ближайшие несколько дней вы собирались выходить со двора?

- Конечно, - ответил он после недолгого колебания, - назавтра король позвал меня для приватного разговора. Я полагаю, вы понимаете, почему я не счёл возможным об этом сказать. Здоровье государя сейчас не блестящее, права сына его сестры согласны признать далеко не все, законных наследников нет, а Стурин был зачат даже не с конкубиной, а с женщиной, состоявшей на то время в браке с другим.

- И потомок по мужской линии брата-близнеца основателя династии как наследник ничуть не хуже прочих, – продолжил я мысленно. – Тем более, что самый благонамеренный придворный с унынием согласится - Стурину никогда не хватало твёрдости характера, а Великому герцогу Юга Малве, увы, гибкости и мудрости. Неужели наш король, наконец, решился задуматься о том, что он смертен?

- Я просил бы вас, - сказал я, - хотя бы сегодня не выходить за ворота и, по возможности, вообще не покидать дома.

Сейно молча кивает. Ложная гордость никогда не была ему свойственна.

- И возьмите завтра с собой телохранителя, который хотя бы отчасти стоил покойного, - я говорю это, понимая, что Полвера мало кто способен заменить. Он был, как и мой друг Свед, охранником старой выучки, который всегда встаёт так, чтобы первая стрела или первый кинжал достались ему.

Если власть попадёт в руки Сейно, он почти наверняка её удержит. Малва вряд ли будет оспаривать завещание – он слишком уважает закон и традиции.  Стурин хотя и избалован королевским вниманием, но для таких действий недостаточно решителен. За сценой скрывается какой-то другой актёр, которому не хочется до поры портить свою репутацию открытым покушением, и, похоже, это Сулва, сюзерен Ватали. Ватали недавно был отправлен в ссылку, но его господина немилость не коснулась  - он сумел остаться вне подозрений. По королевскому завещанию власть вряд ли достанется Сулве, а вот развязать смуту, чтобы отобрать трон у слабого наследника, он вполне способен.

После пары странных смертей в столице шептались о том, что вторая натура Сулвы – гадюка. Я не принимал участия в подобных разговорах – возможно, потому, что знал об этом безусловно. Никогда не питал предубеждения против змей вообще, но какое-то время назад Вул, исполняющий обязанности моего мажордома, завёл по моей просьбе несколько кемских котов, известных как непревзойдённые охотники. Два первых помёта он уже успел раздать просителям, сейчас подрастал третий.

Дойдя до дома, я свернул от ворот к жилищу Вула. У его жены на леднике была припасена свежая рыба, так что я нарезал её на кусочки и созвал всё кошачье семейство на пир, пытаясь понять, кто из уже немалых отпрысков будет побойчее. К Сейно я возвращался с закрытой корзиной, из которой неслось недовольное мяуканье кота и визгливые протесты кошечки. Ничего, у Тэка рыба тоже найдётся.