Эсмин и Фил оказались "в стельку своими ребятами". Мне даже показалось, что мы дружим уже долгое время, и впервые в жизни я так наслаждался общением. Пока мы расставляли тарелки, Фил в подробностях рассказал мне о Борме — пустынной планете, где местное население только и делало, что выращивало огромных червей, которых разводили на мясо и шкуры. По сути, они были пастухами, а эти самые черви — их коровами. Слушая его, я вдруг понял, что мы с Филом жили, по факту, на одинаковых планетах. Только вся моя жизнь была связанна с рыбой, а его — с мясными червями.

Эсмин, показавший после долгих расспросов пустую глазницу под повязкой, родом был с Каракаса. Сирота, выросший в трущобах столичной планеты, он никогда не знал ни ласк родителей ни их заботы. Зато он стал как отец для многих беспризорников и бродячих парней трущоб.

— Эта повязка? Ну… Один идиот выбил мне в браке глаз, — пояснил Эсмин, присев на стул и мечтательно посмотрев в потолок. — Но в целом он не плохой парень. Мы с ним потом сдружились, и он раз семьсот просил у меня прощения. А когда я получил приглашение на официальную работу, после своего увлечения Т-Модусом, тогда… Ну в общем меня провожала вся округа, включая и этого идиота. Многие даже плакали.

— А ещё Эсмин шлёт им половину от своей зарплаты, — пояснил Фил, ставя тарелку на очередной стол. Эсмин фыркнул на него, явно смущаясь от рассказанного.

Втроём мы разносили еду по большой пустой столовой. Был самый пик дня, и приятное тёплое солнце освещало уютное помещение. Я, как и Фил, и Эсмин, одел поварской фартук. Зачем я участвовал во всём этом? Просто хотелось. Я так давно не ощущал простоты и лёгкости от жизни, а вместе с этими двумя, помогая им с их штрафом, я чувствовал себя расслабленно.

— Так что за там история со штрафными?

— А… Ну это всё Фил… Стащил четыре мешка картошки.

— Эй, а кто до этого увёл окорок?

— Да, было дело… — Эсмин криво усмехнулся, но не по-злому, а скорее какой-то своей особой, обаятельной улыбкой.

— За воровство еды значит тут заставляют работать на кухне? — уточнил я.

— Ну, не только за воровство еды. Ещё за разбитые окна… — начал пояснять Эсмин, сгибая пальцы.

— Носы…

— Да, носы, — Эсмин загнул ещё один палец, — за не соблюдение правил и спор с офицером. За разбитый нос офицера. За прогул тренировок, за оскорбления и ругань.

Я слушал и чувствовал, как моя улыбка на лице от его слов становится всё шире и шире.

— Говорите, что вы тут всего месяц, ребят?

— Фил тут месяц. Я уже два. — возразил Эсмин, а потом мы не выдержали и засмеялись.

В таком расположении духа нас и застал командор Вириан. Когда я увидел его, он заходил в столовую. Почему-то от его присутствия я ощутил прилив радости. Вириан посмотрел по очереди на каждого из нас по-отчески тепло, и молча присел на один из стульев. Когда Эсмин и Фил заметили командира, то тут же резко вытянулись по струнке смирно. Эсмин при этом тихо ругнулся, потому что уронил на пол тарелку и она разбилась.

— Я хотел узнать, — Вириан заговорил, обращаясь ко мне, — Как поживает наш очередной бравый солдат. Но ты уже, оказывается, нашёл себе достойную компанию. Двух самых талантливых и самых проблемных парней моего гарнизона…

Вириан улыбнулся. Он говорил не обидно, без сарказма, скорее наоборот хваля нас за проблемность. По очереди посмотрев на каждого из нас, командор остановил взгляд на Эсмине:

— А что, пускай будет вашим командиром? Что скажете? Фил, Эсмин?

— Сэр? — Эсмин обращался к Вириану сдержанней, чем разговаривал обычно. Но я не мог его в этом винить. С Командиром нашей фракции попросту невозможно было общаться иначе. Возникало ощущение, что в его присутствии ты сам не свой, и с тебя слетают все маски.

Глава 28. Эсмин и Фил

— А что, сэр? — переспросил Вириан, — С Вами, штрафными, не хочет иметь дело ни один капитан моего гарнизона. А вот Реул, думаю, выбьет из вас всю дурь!

— Я? — вот тут я наверное удивился больше всех. Только сейчас до меня дошло, о чем говорит командир.

— А я согласен, — неожиданно вмешался Фил, пожимая плечами и словно спрашивая: "почему бы и да?".

— надоело уже на кухне возиться да полы мыть. — Пояснил Фил, — Охота и дубиной помахать.

— И мне тоже… — задумчиво произнес Эсмин, посмотрев на меня. С каждой секундой его лицо становилось всё светлее и светлее. Он снова переключился на Вириана:

— Командор, не шутишь?

— Какая шутка? — Вириан развёл в стороны руки, показывая что всё схвачено, — сплавляю двух оболтусов на попечение одержимого. Интересно даже, кто кого быстрее доканает.

— Одержимого?

Вопрос мы задали одновременно втроём. Потом посмотрели друг на друга, и опять меня распёр смех, как и остальных.

— Ну, значит решено. — подытожил Вириан.

Он встал и властно взмахнул пальцем левой руки. На кончике его пальца вспыхнул золотой след, который оставался в воздухе символами, следующими за подушечкой пальца. Командор чертил какой-то рисунок.

Одновременно с этим у меня обожгло плечо. Прямо поверх одежды появился погон со знаками отличия сержанта специальных войск.