Читаем Сын заката полностью

Великие планы складываются из мелочей, – такую формулу Эо вывел сам и полагал точной. Он не спешил с исполнением важнейшего, выбирая и даже создавая единственно верный момент. Эо прямо теперь получил некоторое доверие, с ним и свободу передвижения по замку. Теперь все дальнейшее неотвратимо, смешная маленькая цыганка по-своему права.

Эо принес на юг смерть и сделал это законно, при поддержке и одобрении правителей людей. Король Бертран молча соучаствует, надеясь заполучить земли до самого пролива. Изабелла, если и догадывается о многом, то не вмешается, просто не успеет: она вот—вот выяснит, что Тагеза добилась у маджестика признания темнокожих еретиков за проливом – лишенными души, вмиг сделав их товаром для торга. Сверх того, Тагеза наверняка уже заявила о своих правах на прибрежные земли Вархи, дикого края на юге. Королеве есть, чем заняться… Патор мечтает назваться святейшеством и убежден, что война, изгнание еретиков и их золото предоставят ему возможность занять высшую ступень иерархии Башни и именоваться маджестиком. Все усвоили свои роли… Осталось внести в план последние штрихи, делая его совершенным. Эмир уже получил письмо, подтверждающее прискорбную весть о гибели Оллэ и предоставляющее страшные подробности: вина короля Бертрана в трагедии косвенная, но его племянник Валериан замарал руки, свидетельства ловко подобраны. Осталось исполнить неизбежную просьбу эмира… и кое-что добавить от себя.

В вечер прибытия гранда Факундо ужин у герцога был подготовлен малый, без торжеств и музыки. Валериан внял советам наставника: гости с дороги, им требуется отдых. Эо, усевшись на почетное место по правую руку от хозяина замка, пересчитал присутствующих: Валериан, его наставник, первый гранд с доверенным человеком, а еще граф Парма – полковник стоящего близ города войска. За едой говорили о границе, ведь сведения о появлении пустынных дикарей на склонах южных гор подтвердились, недобрые намерения эмира не вызывают сомнений. Факундо хмурился, выспрашивал подробности и не спешил высказать позицию Башни. Полковник пил больше, чем следует и мрачно косился на герцога, вызывая общее недоумение. Эо демонстрировал благодушие, хвалил блюда и делился невинными столичными сплетнями, касающимися любовных интриг и предпочтительных цветов плаща или кружева…

Бессмысленный ужин быстро завершился, все разошлись, и в коридорах замка водворилась тишина. Эо удалился к себе, осмотрел покои и счел их удобными. Истратил некоторое время на исполнение своих планов и проверку добытых заранее сплетен, обдумал разумность ускорения дела… Все же решил не спешить, действовать по исходному замыслу, то есть провести в крепости еще один день: следует убедиться, что начатое – удалось.

Полной надежности в отношении наиболее тонкого момента в плане не мог обеспечить никто: Оллэ и только он знал тайны доступной нэрриха медицины. Пойди спроси теперь, если не смог выведать прежде…

Эо провел день в хорошем настроении. Еще бы: к вечеру два служителя в багровых рясах – в том числе грубиян с порезом на горле – выглядели бледнее обычного, морщились… украдкой, неосознанно, терли подмышку или грудь. Но вряд ли они решились бы с подобной глупостью обратиться к медику. А даже если и так, пусть. Уже не важно.

Второй ужин, к немалому удивлению Эо, снова оказался малым и тихим. Герцог выглядел растерянным и даже подавленным, отмалчивался и часто косился на наставника, надувал губы, как обиженный ребенок – но исполнял малопонятные указания. Юноша ушел из-за стола первым, резко и невежливо, одним кивком, простившись с гостями. Эо провел еще некоторое время в людском обществе, напрягая слух и уделяя внимание звукам в коридорах и внутреннем дворе. Когда нэрриха разобрал конский топот и уверился: ожидания сбылись, он покинул залу, раскланявшись со знатью.

Эо тихо выждал в своих покоях, а, когда пришло время, выскользнул в коридор прямо в тонком шелковом белье, прихватив перемену одежды и иные необходимые вещи, собранные в небольшой тугой сверток.

Вещи Эо сбросил в парк из заранее выбранного окна. Далее до покоев гранда он прокрался невидимкой, прячась в тенях и пережидая караулы.