Читаем Сын Ветра полностью

Наглость анонима достойна восхищения. Давать указания главе антического центра Чайтры в чине генерала, даже не представившись?! Звонок не за счёт вызываемого абонента — в этом Бхимасена удостоверился первым делом. Если шутник, то богатый шутник. Минута, решает генерал. Я дам ему одну минуту, чтобы убедить меня: вызов действительно важен.

Отключить запись. Активировать конфидент-поле. Заблокировать дверь в кабинет, хоть об этом в сообщении речи не шло.

— Слушаю.

— Вы сделали то, о чём я просил?

— Да.

— Добрый день, генерал.

Рамка мигает. Показывает мужчину, ровесника Бхимасены. Кажется, даже комплекция схожая. Сказать точнее сложно: виден лишь «поясной портрет». Неброский дорогой костюм. Лицо холёное, усталое. Мешки под глазами. Складки на лбу стянуты к переносице. В каштановых, коротко стриженых волосах блестит иней седины.

Знакомое лицо. К сожалению, Бхимасена не может вспомнить, кто перед ним. Виделись? Где? Когда? Память отказывает.

— Сколько времени вы отвели мне на представление? — спрашивает гость. — Я бы отвёл минуту.

Генерал вспоминает недавний разговор с Самсоном Коэном.

— Вы гематр?

— Значит, я угадал, — гость смеётся: искренне, от души. — Приятно, не скрою. Нет, я не гематр. Меня зовут…

В мозгу Бхимасены щёлкает невидимый переключатель.

— Ян Бреслау, — произносят оба собеседника хором.

— Адъюнкт-генерал научной разведки Ларгитаса, — это гость добавляет уже сам.

Бхимасена выдерживает секундную паузу. Уточняет:

— Тиран. Я знаком с вашим оперативным псевдонимом.

Главный противник. Тот, кто непосредственно руководил поимкой Натху. Тюремщик юного антиса. Куратор экспериментов над мальчиком. Хозяин бункера-лаборатории. Тень, стоящая за созданием невиданной доселе угрозы: техноложских антисов.

Наверняка он приложил руку и к шадруванскому Саркофагу.

Ненависть, думает Бхимасена. Ненависть моя, где же ты? Ненависти он не чувствует. Настороженность — да. Жгучий интерес. Зачем ты вышел со мной на связь, Тиран?!

Бреслау дергает бровью. Наверное, это обозначает иронию.

— Я думал, из нас двоих только я работаю в разведке. Вы хорошо осведомлены, генерал. Что ж, тем лучше. Минута истекла. Продолжим разговор или разорвёте соединение?

— Продолжим.

— Я не ошибся в вас. Мы работаем над одним и тем же делом, правда, с разных сторон. И у меня есть сильное подозрение, что сейчас мы оба зашли в тупик.

Бхимасена улыбается. В улыбку он вкладывает годовой запас сарказма:

— Да неужели, шри Бреслау? Вы сумели создать своих антисов. Они увели Натху в надёжное место. Помпилианцы прикрывают вам тыл…

Он чуть не брякнул: «задницу».

— С чего бы вам быть в тупике? Вам впору откупоривать игристое, запускать фейерверки и вертеть в мундире дырку для ордена!

— Дырявить мундир? — Бреслау изумлён. — Зачем? У нас ордена на магнитных фиксаторах. А продырявить мне могут разве что голову.

— Это вам могут продырявить голову?! Это за моей головой выстроилась очередь! Отсюда до конца Ойкумены! Благодаря вам, между прочим!

— На мою тоже хватает охотников. Добро пожаловать в клуб, генерал. У нас больше общего, чем я думал вначале. Если, конечно, вы не делаете плохую мину при хорошей игре.

— Возвращаю вам эту шпильку!

— Справедливо. Я и не предполагал, что мы сразу начнём доверять друг другу. Предлагаю удобоваримый вариант беседы. Мы озвучим каждый свою версию и попробуем двинуться дальше. Поскольку это я связался с вами, а не вы со мной, мне и начинать. Итак, моя версия. Вы спланировали и осуществили атаку на нашу лабораторию. Вы спровоцировали выход Натху в большое тело. Потом мальчика увели ваши антисы, а Кешаб явился ко мне для отвода глаз, вешать лапшу на уши. Через год-два-пять вы объявите, что нашли Натху где-то в космосе и уговорили вернуться на Чайтру. Пока же вы, генерал, будете изображать козла отпущения и дырявить мундир загодя. В итоге вам, не афишируя, дадут орден и повысят в звании.

— Вы говорили с Кешабом?!

Слова Бреслау дублировали официальную ларгитасскую пропаганду. Но разговор с Кешабом! Это действительно стоило внимания.

— Да. Мы друг другу не поверили, и он ушёл в волну.

— Что он вам сказал?!

— То же, что и вы. Он утверждал, что мы создали своих антисов, и они увели Натху в неизвестном ему направлении.

— Так оно и есть!

— Ещё он предполагал, что его сочтут изменником. За высадку на Ларгитасе и встречу со мной.

— Зачем же он тогда высадился? Зачем говорил с вами?

Бреслау пожимает плечами:

— Два варианта. Либо, как я уже сказал, он осуществлял операцию прикрытия. Показывал, что брамайны тут ни при чем. Либо он был не вполне адекватен. Как по мне, он сам плохо понимал, что делает и зачем.

— В последнее время Кешаб был весьма неуравновешен, — с неохотой признаёт Бхимасена.

В конце концов, он не выдаёт никакой тайны.

— Ну вот видите! Кое в чём мы пришли к согласию. Уже прогресс. Продолжим? Теперь ваша очередь.

К чему он клонит, лихорадочно думает генерал. Чего хочет? Чтобы я проговорился, выболтал что-то важное? Но зачем, если у Ларгитаса и так всё в шоколаде?