Знакомых в Выксе у меня почти не было. Чаще других я общался с Надеждой Васильевной, живущей в квартире напротив. Приятно было общаться с интеллигентным человеком, с которым можно было поговорить и о вере. Правда, неловко было обращаться к ней с таким вопросом… Но не у священников же просить денег в долг! И я все-таки пошел к ней…

Увы! У старушки не было ни копейки!

– Всю пенсию только вчера дочке отдала – на продукты, чтобы зятя, внука и меня было чем кормить! – развела она руками. – А так – непременно бы выручила! Уж простите!..

Других соседей я почти не знал.

Была, правда, у меня одна «палочка-выручалочка», к которой я обращался всегда в случаях крайней нужды, никогда не получая отказа. Но эта женщина была в Москве и вряд ли бы успела помочь даже телеграфным переводом. К тому же она могла быть в командировке или сама находиться в стесненных условиях, так как занималась исключительно редким по тем временам – честным – бизнесом…

Чтобы у Надежды Васильевны не оставалось осадка от моего прихода, связанного с денежной просьбой, да и вообще хотелось порадовать ее, перед тем как попрощаться я показал ей фотокарточку старца.

– Ой, – обрадовалась она. – Батюшка Варнава! А я ведь раньше видела его портрет! Теперь точно вспомнила!

– Как вы полагаете, – спросил я, – это был его лик на стекле?

Надежда Васильевна принялась разглядывать фотокарточку то так, то эдак.

– Вроде да, а может, и нет… – замялась она и предложила: – А знаете что? Давайте спросим у тех, кто тогда его тоже видел!

И, выйдя вместе со мной, она принялась обзванивать соседние квартиры и стучать в двери, как это делал я в тот памятный вечер, когда на окне появился морозный лик…

Глава 15. Выше логики

Бывают вещи, которые трудно, а порой и просто невозможно объяснить с точки зрения логики. Вскоре на лестничной клетке стало тесно от собравшихся людей, и я показал всем фото старца Варнавы.

– Он? – в один голос спросили мы с Надеждой Васильевной.

Ответы были самыми разными.

– Ой! Он!!!

– Да нет, что вы!

– Почему это нет? Похож!

– Не совсем…

– Есть, конечно, что-то общее, но ведь все монахи из-за своих бород – на одно лицо!

Действительно, не так просто было сравнивать большой светившийся на окне лик с маленькой черно-белой фотографией. Сам я, не обладая хорошей зрительной памятью, – да и взволнован тогда был сильно – не мог дать однозначного ответа. Вот если бы лик появился вдруг снова, гораздо проще было бы определить сразу и точно!

А разговор тем временем перешел в другое русло. Разглядывая фото, люди оживленно говорили:

– Вот он, оказывается, каким был!

– Старенький!

– Совсем седенький!

– А глаза-то, глаза какие добрые!

– Ага, так и смотрят в душу!

– И еще усталые…

– А как ему было не уставать? – подала голос Надежда Васильевна. – Последние монахини обители рассказывали, что когда отец Варнава приезжал к ним, во всей Выксе был праздник! Представляю, какая радость царила тогда в самом монастыре! И ездил ведь он по несколько раз в год, даже в таком возрасте, до самого последнего зимой и летом, причем не на поезде, а в тряской повозке!..

– Это после того, как от пятисот до тысячи человек в день в скиту принимал! – добавил я то, что успел точно узнать из книги.

– Вот видите! – заговорили люди.

– Святой человек!

– Сколько же он послужил для Бога и для людей! – даже всхлипнула одна из женщин.

– Да, он наверняка спас свою душу! – поддержала ее другая. – А что с нами будет?

– Ой, не говори! Завтра же в храм пойду!

– А у меня и так Бог в душе! – авторитетно заявил мужчина с заметно помятым, испитым лицом, от которого так и разило запахом спиртного.

– Думал бы хоть, что говоришь! – накинулись на него обе женщины разом.

– А если у тебя душа от страха в пятки уйдет – где тогда будет Бог?!

– Тебе бы все только пить да спать без просыпу!

– Смотри, проснешься в аду – поздно будет!

– А все-таки похож тот, что был на окне, на старца или нет? – поспешил увести разговор от неприятного для него оборота мужчина.

И тут же послышалось:

– Да!

– Нет!

– Нет!

– Да!

И вот что интереснее всего: в итоге все – и те, кто утверждал, что похож, и кто решительно возражал против этого, – все как один пришли к единому мнению, что это был именно старец Варнава!

А кто же еще?..

Глава 16. Старец-утешитель

Чудеса по молитвам святого старца

Во исполнение завета своих старцев иеромонах Варнава с полным самоотвержением служил людям до конца своей жизни. Он был для всех отцом и учителем в жизни, врачом немощей духовных, а нередко и телесных. Тем, кто приходил к нему с жалобой на свои духовные немощи и телесные недуги, старец предлагал иногда довольно оригинальные лекарства, но никто не раскаивался, принимая их с полной верой. Он признавал необходимость обращаться и к врачебной помощи, но не всегда одобрял операции. Чаще же всего, ради двоякой пользы человека, старец советовал усерднее молиться Богу, почаще приступать к принятию Святых Христовых Таин, воздерживаться во всем от излишества и вообще быть повнимательнее к себе.

1