Читаем Святилище полностью

Когда я снова повернулась к Анне, она очень тихо сказала:

— Я понимаю. Будущее было бы очень хорошим, — она прочистила горло. — Малачи сказал, что у тебя были какие-то сны и видения об этом месте перед смертью, но как много ты видела на самом деле?

— Я бродила здесь в своих кошмарах почти каждую ночь в течение двух лет. Но на самом деле я мало что замечала вокруг себя. Я была как в тумане.

Она вскинула бровь.

— Ты была призраком, да? Мы их не видим, но Мазикины видят. По сути своей, они — духи, даже когда обитают в телах других людей. Поэтому я думаю, что они могут видеть других духов, даже тех, кто всё ещё связан с живыми человеческими телами. Несколько лет назад я видела это собственными глазами. Самая жуткая вещь, которую я когда-либо видела. Этот Мазикин просто разговаривал с воздухом, поглаживая его, как будто там кто-то был. Он приглашал призрака остаться, говорил, что он прекрасен, что он должен прийти сюда жить, что о нём позаботятся.

Я вздрогнула, вспомнив голос Джури, нашёптывающий мне на ухо все эти ядовитые слова.

— Тот Мазикин так увлёкся призраком, что даже не заметил, как я подкралась сзади и перерезала ему горло, — она замолчала, на мгновение погрузившись в воспоминания, а затем снова сосредоточилась на мне. — Погоди. Если ты мало что замечала в этих снах, то откуда ты знала об оружии Стражей?

— Как только Надя умерла, мои сны изменились. Я видела всё её глазами, но это было острее, как будто я всё ещё была самой собой. Я увидела купол тьмы над городом. Я видела Суицидальные Врата и Стражей. Я видела, как Мазикин пытался увести Надю… эй, а почему некоторые из них бегают на четвереньках?

Анна рассмеялась.

— Ох уж эти старики, верно? Есть что-то такое в старых телах, что они не так хорошо держатся, когда ими завладевают и, в конце концов, начинают бегать по округе, как животные. Мне всегда было интересно, не выглядит ли Мазикины в истинной форме скорее животными, чем человеком.

Я вздрогнула.

— В одном из видений я видела, как Малачи убил двух Мазикинов и отбился от Ибрама. Надя была там, пряталась, и она всё видела. Малачи сказал, что это случилось в Хараге, и именно поэтому мы идём туда.

Анна удивлённо посмотрела на меня.

— Ты это видела? Это случилось всего неделю назад или около того.

— Почему тебя это так удивляет?

— Это значит, что ты здесь не больше недели. Когда люди проходят через Врата, они обычно полностью дезориентированы. Я знаю, что это так, я сама такой была. Я очнулась от этого быстрее, чем большинство, но сначала это было очень запутанно… Но ты ведь не была сбита с толку, правда? — Анна глубоко вздохнула и покачала головой, наконец-то, поверив. — Потому что ты сама решила прийти. Должно быть, в этом всё дело. Я имею в виду, я понимаю, как важна для тебя Надя, но тут никогда не было никого, кто добровольно прошёл бы через Врата, разыскивая кого-то другого. Неудивительно, что Малачи очарован тобой.

По какой-то причине комментарий Анны пронзил мою грудь так же болезненно, как если бы она использовала один из своих ножей.

— Да, — хрипло сказала я, — неудивительно.

В дверь резко постучали. Анна бросила на меня быстрый взгляд.

— Помни о своём обещании.

Она быстро подошла к двери и открыла её.

Я вздохнула, когда Малачи вошёл в комнату. На нём был свежий комплект одежды, очевидно, их униформа — тёмно-синяя облегающая рубашка и тренировочные брюки. На спине у него висела сумка, ремень которой был перекинут через грудь по диагонали. По тому, как она звякнула, когда он двинулся, я предположила, что она была полна оружия. Я прикусила губу и принялась теребить шнурки ботинок. Он выглядел очень, очень хорошо.

— Нам нужно зайти в мастерскую Михаила и забрать новые доспехи, — сказал он Анне. Он бросил на меня осторожный взгляд. — Готова выдвигаться?

— Безусловно, — сказала я с излишним энтузиазмом.

Если он и заметил мой полный идиотизм, то виду не подал.

— Ну что ж, дамы, пора идти.

У Михаила — оружейника — была лавка в дальнем западном конце участка Стражей, вглубь по длинному мраморному коридору, вдоль которого тянулись витиеватые газовые лампы, подвешенные к декоративным канделябрам. Малачи шёл впереди, скрипя сапогами по гладкому полированному полу.

Он оглянулся на меня.

— Не принимай Михаила слишком близко к сердцу. Он немного раздражительный.

Анна фыркнула, но ничего не сказала.

— Итак, эм, Рафаэль… Михаил… а с Габриэлем мы где-то здесь встретимся? — спросила я, гадая, поняла ли я что-нибудь.

Смех Анны был резким.

— Нет, у нас нет жильца по имени Габриэль. А Михаил…

Губы Малачи подернулись в улыбке.

— Он очень особенный человек. Но я считаю, что ни сейчас, ни когда-либо он обладал нимбом.

В самом конце коридора перед искусно вырезанными деревянными дверями стояли два Стража.

— Гази. Софиан, — поприветствовал Малачи, кивнув каждому из них.

 Оба Стража кивнули в ответ и распахнули перед нами двери.

— Сегодня утром он в прекрасной форме, капитан, — предостерегающе проворчал Софиан.

Я уже могла слышать разглагольствования, доносящиеся изнутри.