Читаем Священная полностью

– Я хочу просто поговорить с тобой. Я наблюдал за тобой, и мне показалось, что ты выглядишь несчастной. Раздираемой противоречиями. Похоже, я могу тебе помочь.

– Не думаю, что ты хочешь мне помочь.

– А зря, – говорит он. – На мой взгляд, ты весьма интересная личность. Скорее даже очаровательная. И, думаю, твоя мать кое-что от тебя скрывает.

– Она мне все о тебе рассказала, – возражаю я.

Его брови приподнимаются.

– Прям все? Ну-ну. Нас с ней связывает очень интересная история, но она не для твоих ушей. Впрочем, меня сейчас больше интересует то, что ты должна сделать. Твое предназначение. Твои видения. И сны.

– Мое предназначение не имеет к тебе никакого отношения.

Семъйяза качает головой.

– А может, ты не так все поняла?

В голове тут же мутится от его нежеланного вмешательства.

– Она тебе не рассказала, – разочарованно говорит он. – Если бы ты знала, я бы это почувствовал.

Может, это и глупо, но меня охватывает любопытство. Мне хочется выяснить, о чем он говорит, и Семъйяза, конечно же, это знает. Он улыбается, понимая, что теперь все мои мысли заняты лишь этим, а не тем, как спастись от него.

– И что же она мне не сказала? – не выдержав, спрашиваю я.

Он протягивает мне телефон.

– Давай спросим ее об этом.

«Сделай уже что-нибудь!» – одергиваю себя я. Нужно придумать план, призвать венец, но это кажется невозможным, потому что скорбь Чернокрылого накрыла меня тяжелым плащом, запутывая мысли липкой паутиной.

«Думай», – не сдаюсь я.

– Неужели ты решил взять меня в заложники? Потому что вряд ли мама посчитает это романтичным поступком.

Его лицо мрачнеет.

– Не заставляй меня делать то, о чем я потом пожалею, – говорит он, шагая ближе к Такеру.

Я встречаюсь с Такером взглядом. Он сглатывает, отчего его кадык резко дергается. Он явно напуган. Кажется, Семъйяза собирается убить его. Так вот почему его не будет на кладбище. Ведь падшему так легко это сделать – хватит и одного мгновения, одного движения руки. Ну почему я такая глупая? Почему не догадалась об этом? Все эти месяцы я пыталась придумать, как защитить его, а потом резко отбросила эти мысли, когда узнала о смерти мамы. Я сама допустила это.

Мне так хочется сказать Такеру, как я сожалею о том, что втянула его в свою безумную жизнь.

– Ну же, позвони ей, – говорит Семъйяза.

Я киваю и подхожу к нему, чтобы забрать телефон. Один шаг, затем другой. Я старательно сопротивляюсь скорби, пока вдруг не достигаю невидимого пузыря, окутывающего его и словно сотканного из боли. Слезы проступают на моих глазах. Я смаргиваю их и продолжаю идти, пока не останавливаюсь перед ним. А затем смотрю прямо ему в глаза.

Семъйяза кладет трубку мне в руку.

Я зажимаю мамино изображение на экране и вслушиваюсь в длинные гудки. Трубку долго никто не поднимает, и мне уже кажется, что звонок перейдет на голосовую почту, но затем ответ.

– Клара? – спрашивает мама, и по ее голосу я понимаю, что она уже и сама почувствовала, что что-то не так.

– Мама… – На мгновение у меня пропадает дар речи, и я просто не могу выдавить из себя слова, которые приведут ее сюда, в руки Чернокрылого и к бог знает какой судьбе. – Семъйяза здесь.

– Ты уверена? – уточняет она.

Я чувствую на себе взгляд Семъйязы и его ненавязчивое присутствие в своей голове. Он не давит на меня, а скорее пытается просчитать мои мысли, или подслушать наш разговор, или что-то еще.

– Он прямо передо мной.

На другом конце провода воцаряется молчание. А затем она вдруг спрашивает:

– Где ты?

– Не знаю.

Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь отыскать хоть какой-то знакомый ориентир. Но все, что попадается мне на глаза, это темные поля и телефонные столбы, тянущиеся вдоль дороги.

– Колтман-Роуд, – бурчит Такер себе под нос.

Я повторяю это в трубку, а затем добавляю:

– Я разбила машину.

Какая-то глупая часть моего мозга требует признаться, как сильно я облажалась.

– Клара, послушай меня, – шепчет она, а затем делает глубокий судорожный вздох. – Ты же понимаешь, что я не смогу к тебе прилететь.

Я знала это. Но все же не могу сдержать шока от ее слов. Да, она слишком слаба, чтобы летать, и даже простой подъем по лестнице вызывает у нее одышку, но в глубине моей души еще теплилась надежда, что она все равно появится здесь, несмотря ни на что.

– Что она говорит? – спрашивает Семъйяза, подходя вплотную и почти касаясь губами моего уха.

Он взволнован, потому что думает, что она прилетит мне на помощь, как в прошлый раз. И мысль, что он снова увидит маму, посмотрит на ее лицо и услышит ее голос, доставляет ему огромное удовольствие. Кажется, еще чуть-чуть, и Чернокрылый пустится в пляс. Он уверен, что его план сработает и это поможет ему искупить свою вину перед другими, а еще заполучить маму, чтобы разделить с ней вечность. В аду.

Вот только она не придет.

И думаю, сейчас наступил момент, когда стоит признать, что мы облажались по полной.

– Так что она сказала? – вновь спрашивает Семъйяза, давя на мой разум и пытаясь отыскать ответ самостоятельно.