Читаем Свечка. Том 1 полностью

– Как вы думаете, что самое главное в борьбе с преступностью? – задаю я глупейший вопрос, почему-то обращаясь к Саше на вы, хотя еще в Сибири мы перешли на ты, а сама при этом озираюсь, пытаясь понять, кто же из находящихся в вагоне – преступник. Опасный преступник!? Значит так, женщин и детей отметаем сразу. Кто? Этот дедушка с сумкой на колесиках? Нет, конечно. Мужчина со свежим номером «Молодежника»? Среди наших читателей преступников нет! Стайка рэпперов? Но ведь он один. Усатый южанин в кожаной куртке? Не хочется об этом думать… Мужчина в очках и с портфелем? А в портфеле бомба?! Я нервно смеюсь.

– Самое главное в борьбе с преступностью – ловить преступников, – обстоятельно и исчерпывающе отвечает на мой вопрос Сокрушилин.

– А кого ловить труднее?

– Трудно всех, но труднее всех – сексуальных маньяков. Подлы, изворотливы, коварны.

– Но ты их ловил?

– Конечно. Чтобы «клюнул», даже приходилось надевать женское платье и парик.

– И что, «клюнул»?

– Сразу несколько мужчин. Правда, маньяка среди них не было.

Я смеюсь, забыв на мгновение об опасности. Сокрушилин, наоборот, серьезен. Как трудно этого сибиряка понять…

– А ты слышал, в Москве появился новый маньяк. Говорят, будет покруче Чикатило. Ты мог бы его поймать?

– Попросят – поймаю.

– А не попросят?

– И не попросят – тоже. Я привык держать свое слово…

– Какое?

– Очистить Россию от мрази.

Я смотрю в его глаза и верю в то, что так оно и будет.

– Так значит, ты теперь частный детектив?

– Мне не нравится слово «частный». Я государственный детектив. Правда, вне штатного расписания и без зарплаты. Но это не так уж и важно…

– Робин Гуд? Зорро? Бэтмэн?

– Просто – Сокрушилин.

Я совершенно забываю о том, что где-то рядом находится вооруженный преступник. Это случилось на «Новослободской». «Осторожно, двери закрываются», – сказал машинист, и в этот момент из вагона выскочил рослый детина с бритым затылком, которого я раньше не замечала. В руке его тяжелая сумка. Я не успела ничего подумать, а Сокрушилин, словно по волшебству, преодолев в полете несколько метров, оказывается за его спиной. Двери захлопываются, поезд начинает движение, и, прислонившись к стеклу с надписью «Не прислоняться», я вижу, как одной рукой Сокрушилин бьет «быка» по загривку, а другой выбивает пистолет. Сумка тяжело падает на пол. Там оружие! Сокрушилин припечатывает бандита к мраморному полу и защелкивает наручники. Вагон скрывается в тоннеле, но в последний момент я успеваю увидеть счастливый, полный осознания исполненного долга взгляд Сокрушилина и понимаю – он очистит Россию от мрази! И вдруг вспоминаю – мой диктофон остался у Саши. Чёрт! Как же я восстановлю интервью? – проносится у меня в мозгу, и тут же я отбрасываю эту глупую мысль. Легко! По памяти! Такое не забывается!

Ваша К. Ц-ва

«Столичный молодежник»

16 апреля 1997 г.

№ 5

Начальнику ОВД «Чертаново-Центральное»

майору Найденову И. Г.

от мл. лейтенанта Лютикова Л.

Объяснительная записка

Иван Григорьевич, вы на меня сегодня так орали, что одному из задержанных, который это слышал, стало плохо. Еще раз повторяю, я не мог не принять заявление гр. Мамаевой-Гуляевой ни по закону, ни по-человечески!

5-го апреля этого года я вышел по Вашему приказанию на службу дежурным по отделению, хотя мог и не выходить, так как был на больничном, имея температуру тела 38,5 °C. Но так как Вы сказали, что больше дежурить некому, вышел. За время моего дежурства ко мне в дежурку никто не заходил, боясь заразиться, так как я все время чихал. Около 17.00 пришла женщина с заявлением и синяком под глазом – Мамаева-Гуляева А. Д. Я сперва подумал, что по поводу синяка, но оказалось, по поводу попытки изнасилования ее дочери Кристины 1984 г. р., но дочери не было, так как она отказалась идти в милицию из-за полученного стресса, и в результате возникшей ссоры мать получила от нее синяк. К заявлению была приложена медицинская справка о нанесении дочери легких телесных повреждений. В заявление я не вчитывался, так как физически не мог этого сделать – всё плыло перед глазами, поэтому антимилицейские, антикавказские и антисемитские выпады в нем пропустил. Я зарегистрировал заявление и попросил женщину поскорее уйти, чтобы она от меня не заразилась. К сказанному прошу вернуть мне мое служебное удостоверение, т. к. паспорт у меня украли раньше, и получается, что я никто.

Подпись:

17.04.97

Мл. лейтенант Лютиков Л.

Резолюция: А ты и есть никто! И звать тебя никак!

Подпись: Найденов

№ 6

Письмо личного характера мл. лейтенанта Лютикова

подполковнику Найденову

Уважаемый Иван Григорьевич!

Обратиться к Вам с этим письмом и по имени-отчеству меня вынуждает важность того, что я хочу рассказать. После того, как вы на меня наорали и отняли служебное удостоверение, я в тот же день направился к гр. Мамаевой-Гуляевой А. Д., у которой пятого апреля сего года принял заявление по поводу попытки изнасилования ее малолетней дочери с твердым намерением убедить заявительницу забрать свое заявление, как неприемлемое, согласно Вашему требованию.