Читаем Суть времени #29 полностью

А политический центр – это то, что я знаю и на что я могу опереться. И всё. И он никаких амбиций не имеет. Люди делают это, уже будучи измождёнными двумя предыдущими проектами, только потому, что я начал кричать и говорить: «Или вы это делаете или всё, ничего не будет!» Они начали это делать. И будут это делать в силу своих возможностей. Всё, что я могу здесь гарантировать, – что никакой амбициозности тут не будет, никакого конфликта самолюбий, никакой привычной грызни. Всего этого не будет, это исключено, это убито двадцатилетиями или сорокалетиями предыдущей совместной жизни в плотной группе.

Но я не к этому веду. Это так – между прочим, чтобы все понимали, что происходит. И, между прочим, опять-таки хочу сказать, что, будучи очень плотно связаны друг с другом, мы одновременно вполне открыты. И все, кто будут на школе сейчас существовать, а потом на других школах, а также в диалогах, убедятся, что вот тут-то и есть открытость и полное нежелание командовать, начальствовать, директивы издавать – только помочь. Всё. Потому что всё вообще начато в состоянии разведения рук. Но если всё так плохо, а мы что-то можем, и кто-то к нам обращается, как мы можем отказаться? Как вот в этой ситуации можно отказаться? Совесть замучает перед умершими, перед живущими, перед самими собой. Ничего, кроме этого, нет.

Задача в том, чтобы как можно больше новых правильных активистов появилось. Под правильностью я имею в виду, конечно, как минимум, политическую образованность и готовность работать коллективно с другими. То есть отсутствие вот этого выпячивания, отсутствие этого мелкого райкомовского эгоизма. И второе, как максимум, – способность к роли социальных лидеров. Стране сейчас нужно тысяч пять – десять социальных лидеров, способных построить между собой высоко когерентные отношения.

Вы скажете, что это невозможно, что так не бывает. Но и никогда не было, чтобы из таких ситуаций, в которую сейчас страна залезла, выходили живыми. Тоже никогда этого не было, понимаете? Все классические рецепты не работают. Всё, что можно сделать, находится по ту сторону здравого смысла, по ту сторону отработанных схем, по ту сторону канонической политики, по ту сторону этих вышних, верхних социальных сфер, этих «self-made» и этих всех систем – всё это обесточено. В ближайшее время вы увидите, как будут беспощадно отключать тумблер за тумблером, элемент за элементом, как это будет беситься, бегать, как курицы с отрубленными головами, создавать какие-то идиотства, уродства и всё прочее. Всё оно будет переходить в это состояние вдруг – по тем причинам, которые я разобрал, потому что карта боевых действий примерно такова, как я здесь говорю. Она примерно состоит из этого.

А вопрос к вам ко всем – ко всем, кто, тем не менее, сознавая всю тяжесть ситуации (а я эту тяжесть никоим образом не собираюсь преуменьшать), входит в процесс – можете ли вы совершить чудо? Действительно получить серьёзное политическое образование, не теряя при этом политической активности, а только усиливая её, и входить в эти группы, рождая лидеров, сплачиваясь с ними и подчиняя все эти «self» – «супер-Я», «сверх-Я». Гоголь по этому поводу говорил: «Отрекись от себя для себя, но не для России». Вот, «Я для себя» – это эго. А «Я для России» – это «супер-эго».

Сможете ли вы по-настоящему выйти на это рандеву с историко-культурной личностью под названием Россия? Вернётся ли та великая любовь, которая одна только и создаёт эти вещи и пробуждает «сверх-Я» в людях? Вернётся ли в андеграунд это самое бытие, принцип «быть» вместо принципа «иметь», на который обречено и «self-made», и «винтики». Произойдёт ли это? Россия жива, слышите? Она ещё жива. И какое-то время на то, чтобы сотворить это чудо, есть. Но никаких шансов ни на что другое нет вообще.

И вот на этом фоне возникают некоторые тексты – пронзительные, глубокие, говорящие о том, что Россия жива. И одновременно имеющие определённый и очень сходный изъян, если посмотреть на всю совокупность этих текстов как на единый метатекст.

Подчёркиваю, что я авторов подобных текстов люблю, что мне они близки, что их тексты вызывают во мне огромную человеческую теплоту. И если я что-то по этому поводу буду говорить критическое, то не потому, что я плохо отношусь к авторам или к текстам, а потому, что ситуация – швах. И говорить надо на соответствующем языке.

То, что я не люблю, находится по другую сторону от авторов этих текстов. И там я ничего говорить не буду. А здесь что-то скажу, сначала прочитав текст, который мне нравится и который у меня одновременно вызывает вопросы.

Текст этот называется «Опустите меня в СССР».

«Я устал идти по пути демократических реформ, у меня кончились деньги и спились соседи. А в моем телевизоре зловеще воет ветер будущих перемен, и головы дикторов новостей наперебой пугают меня достояниями демократии.