Читаем Суть острова полностью

— А, извини, дорогой. Тут и смотреть нечего, но давай поглядим.

Нормальная хатенка, гораздо более приличная, чем я ожидал. Одна спальня, одна гостиная, одна кухня, один туалет, один балкон, четыре окна, если за четвертое считать узкое балконное, две двери, обычная и «черная». Это очень ценно в моих глазах, ибо всегда люблю наличие черного хода в квартирах. В моей, к сожалению, такого нет. Обстановка — так себе. Хорошая, не нищенская, не обшарпанная и не из самых дешевых, но — как бы дипломатично выразилась моя Ши — «несколько эклектичная», сама Ши просто помешана на «вкусе» и «безвкусице», трясется над первым и панически боится любых проявлений второй. Мне бы она так и сказала на ушко: безвкусица. А мне понравилось: есть абсолютно все, что надо для жизни и скромного комфорта в ней. Разве что прокурено все насквозь, но это уж хозяин барин.

— Давай, я окно открою, не так дымно будет?

— Как хочешь, пап, мне не мешает. Вот здесь и здесь у вас разные реквизиты напечатаны, ты уверен, что так и надо?

— Где?. А… Изольда напортачила, пометь маркером, завтра поправим. А по существу?

— Это и есть по существу. Указанную сумму я берусь обеспечить, можно сказать, гарантирую, что за этот край не зайдем, никаких дополнительных шкуросдирательных ухищрений с нашей стороны не будет. Конкретные юридические судебные и внесудебные случаи — само собой, что по факту, за отдельные деньги. Договор с данными цифрами — на год, дальше не знаю. Дальше я гарантировать не могу, и никто не может.

— Конечно, Рики, я понимаю, все логично, все так.

— Платежи абонентские — вперед и поквартально.

— Ах, поквартально даже? Фантастика! Я почему-то думал, что сразу за год платить придется.

— Можешь и за год, «Сова» против не будет.

— Нет, нет! Поквартально, не стоит рушить чужие порядки. Хм, это существенный плюс, поквартально… Отвлекись, сын, пойдем, перекусим.

Пили чай по папахенской — сам он говорит, что по европейской — методе: прямо в кипяток, безо всякого молока, бросает по два пакетика так называемого чая. Получается некрепкое коричневое пойло, с некоторым привкусом веника душистого. Сойдет, я потом дома перепью эту порцию, в смысле, запью тем, который нам Шонна заваривает. Бутерброды с сыром, бутерброды с колбасой… Нормально. Сыр — дрянь, а такую колбасу и мы дома едим иногда…

Чашки — я специально обратил внимание — чистые, без темного налета на внутренней поверхности. Дома-то я расскажу о бытовом приключении, и надо будет выбрать и рассортировать те детали, о которых можно рассказать, и те, о которых лучше умолчать. О чашках теперь смело можно рассказывать, Шонна придает большое значение подобным мелочам.

— Папа, а где у тебя эти… услуги… Туалет, руки помыть?

— Где обычно, пойдем покажу.

Туалет обычный, вполне себе чистый, бумага иного сорта, чем у нас дома, но тоже не оберточная. Запах… да вроде бы… кроме табачного… Кто, интересно, ему стирает? Полотенца, белье, всю одежду?..

— А стираешь как, вручную, что ли? Смотрю — машины стиральной у тебя нет?

— Не люблю возиться. Вон там, вон туда если пройти, — отец махнул рукой куда-то за стену, как будто я мог что-то рассмотреть сквозь нее, — намечается прообраз китайского квартала, я в китайскую прачечную ношу. Дешево и прилично. Еще чайку?

— Давай. И бутербродик с колбасой, если не жалко.

— Не жалко. Можешь даже без хлеба, этим ты меня не разоришь.

— Да я же шучу. Ты знаешь, этот твой так называемый чай — хоть и не чай, но бутерброды запивать им — самое то.

— У меня от настоящего чая сердце стучит. Либо молока надо вбухивать в дополнительной пропорции, но оно почти то же и выйдет.

— Ты бы курил поменьше, тогда и стучать не будет. А лучше совсем бросил бы.

— Да, верно, я и думаю, да все собираюсь, да все никак не соберусь. Еще?

— Давай, что-то меня на жор пробило. Нет, нет, сыру не хочу.

— Слушай, Рики…

— Да, папа?

— Я… Хотел спросить… Но мы покончили с документами, да?

— Да. Учти замечания и хоть завтра к нам, я предупрежу кого надо.

— Отлично. Почему ты сказал, что неловко соглашаться с отцом? Когда мы в моторе ехали?

— Не припо… А! Я же пошутил. Это глупая шутка такая, но довольно популярная, из современных молодежных. «Неприлично взрослому сыну соглашаться с предками». Вот я как сказал.

— И почему ты так сказал?

— Ну… Шутка, я же говорю. Ты что, обиделся? Тогда извини, пожалуйста, пап, у меня не было такого намерения — обижать.

— Ничего я не обиделся. Просто, наверное, от жизни отстал. И чересчур мал мой опыт общения со взрослыми детьми. Ты давно в Иневии был?

Понятно, отец имеет в виду Молину. Молина — это моя единоутробная сестра, мамина дочь от первого брака. Вернее, никакого брака не было, отец женился на матери, когда у нее только-только родилась Молина. Неизвестно от кого, про ее отца мать всю жизнь молчит как убитая. Юридически мой отец — как бы наш общий отец, все абсолютно равноправно, фактически же… Молина при разводе безоговорочно поддержала мать, полностью поддержала…