Читаем Сумеречные миры полностью

— Ну, раз вы так говорите, значит, это правда, — поспешно соглашается аббат.

— И распорядитесь, пожалуйста, отпеть убитого и совершить обряд погребения. Он хоть и грешник, но Душа его христианская, а милосердие божие не знает границ!

— Аминь! — откликается аббат.

— Пойдемте, граф, — обращается ко мне старик, считая инцидент исчерпанным, — я давно жду вас.

Видя мои колебания, он представляется:

— Я — Роберто Модунио.

Я оборачиваюсь к аббату, тот кивает головой в подтверждение. Прохожу в келью «пилигрима». Вопреки ожиданию она довольно богато обставлена. Модунио опускается в кресло, приглашая меня присесть на свободное.

— Итак, граф, что вы имеете передать мне от кардинала Бернажу?

Молча достаю из-за пояса конверт и протягиваю его старику. Он сразу вскрывает его и, едва глянув на бумаги, снова сворачивает их. Взяв со стола графин, Модунио наполняет вином два кубка, протягивает один мне и говорит:

— Я рассчитывал отправить с вами мои замечания по письму, но, во-первых, Бернажу применил слишком сложный шифр, и я провожусь до утра, а вас ждет дорога и важные дела.

Он отпивает из кубка.

— А во-вторых, епископ Маринелло, по-моему, проявляет к вашей особе слишком уж пристальное внимание. Я прав?

— У него есть к этому основания.

— Поэтому-то я и переправлю свое письмо к Бернажу с менее приметным курьером. Так и передайте ему. Ваше здоровье!

Мы выпиваем.

— Желаю вам удачи, граф. Не смею вас больше задерживать. Вас ждут товарищи и поручение императора.

Рука «пилигрима» осеняет меня благословением, я кланяюсь и выхожу. Когда мы выезжаем из монастыря, я тихо спрашиваю де Вордейля:

— Этот Роберто Модунио — итальянский кардинал?

Маркиз кивает.

— Возглавляет оппозицию папе?

Маркиз снова кивает. Мне все становится ясно.

Андрей ждет меня у себя.

— Все нормально?

Вместо ответа я показываю ему пистолет. Брови моего товарища ползут вверх.

— Это что? Подарок Маринелло?

— Ты, конечно, понимаешь, что он вручил мне его через посредника.

Андрей берет пистолет в руки, вынимает магазин, выщелкивает патроны. Их оказывается пять, шестой — в патроннике.

— Так, значит, Маринелло взялся за нас всерьез, раз вооружает своих агентов такими аргументами. Интересно, что еще он намерен протащить сюда по межфазовому переходу?

— Я-то в свое время ломал голову, как обезопасить Золотой Меч, а этот готов загнать сюда батальон десантников специального назначения со всем вооружением, лишь бы только добиться своих сомнительных целей.

— Ладно, перейдем к делу. В схлопку этого Маринелло!

Мы подходим к карте. Как и накануне, мы прибегаем к обмену мыслями через компьютер Монастыря. Я предлагаю проложить маршрут таким образом, чтобы он шел от гарнизона к гарнизону, которые между Мленом и Брюном были в достаточном количестве.

— Таким образом, чтобы уничтожить нас наверняка, Маринелло придется ввести сюда целую армию.

— Ну, зачем целую армию, достаточно батальона спецназа! — шутит Андрей.

— Полагаю, до этого дело не дойдет, — вмешивается Магистр. — А в целом план Андрэ хорош.

— Я тоже так думаю. Быть по сему. Главная задача конвоя: не дать нападающим прорваться к карете с ярлом. А тем часом связные поднимут по тревоге гарнизоны и приведут подкрепление.

Утром мы трогаемся в путь. Конвой вместе с людьми сэра Ричарда выглядит весьма внушительно: более тридцати человек. Так что, если Маринелло заготовил в окрестностях Млена засады, они просто не решились нас атаковать. Солнце уже перевалило зенит, а мы все еще продолжаем путь без осложнений. Я начинаю беспокоиться: если так долго все идет нормально, жди крупных неприятностей. Вряд ли Маринелло успокоился после гибели де Ривака. Догоняю де Легара, который едет в голове колонны.

— Как ты думаешь, долго еще нас никто не потревожит?

— Думаю, недолго. Вон, в той долине весьма удобное место для засады, да и до ближайших гарнизонов оттуда дальше всего. Маринелло ведь тоже не дурак, он понял уже, с кем имеет дело, и все просчитал. Если на нас сейчас навалятся приличными силами, нам придется тяжко.

Предположения Андрея оправдываются больше чем на сто процентов. В долину мы въезжаем беспрепятственно и какое-то время едем спокойно. Внезапно с разных сторон нас атакуют всадники в красных одеждах.

Я прикидываю их численность, соотношение получается пять к одному. Плохо! До ближайшего гарнизона около десяти километров. Пока туда да обратно… Вряд ли мы столько продержимся. Остается одно: прорываться и бежать. Надо связать боем побольше нападающих, а экипажу с ярлом в сопровождении человек пяти-шести уходить.

Так мы и поступаем. Сэр Ричард со своими людьми, де Вордейль и де Сен-Реми завязывают неравный бой, а де Легар с пятеркой гвардейцев, разметав заслон, устремляется по дороге, пропустив вперед экипаж. Я собираюсь было тоже вступить в бой, но, посмотрев вслед де Легару, ощущаю такое сильное беспокойство, что не только сам пускаюсь вслед за ним, но и ослабляю своих товарищей еще на двух мушкетеров.