Элрой раскинул руки, приглашая девушку обняться на прощание. Фрейя ответила на его объятия, а потом подошла к Рэй. Казалось, это было только вчера – когда эта девушка, словно цунами, ворвалась в танцевальный зал. Тогда она раскритиковала Фрейю, Амарун и Тобрию в пух и прах, но сегодня прощание, судя по всему, и ей давалось нелегко.

– Мне очень жаль, что мы вынуждены оставить тебя.

«Мне очень жаль, что мы вынуждены бросить тебя».

Принцесса покачала головой. Она не винила ни одного из них. Элрой, возможно, был мужем Фрейи, но ничего не должен был ее стране. В любом случае, пират и Рэй не смогли бы сделать ничего такого, чего не сделает сама девушка и ее спутники. Вероятно, и в самом деле было разумнее путешествовать небольшими группами, чтобы более проворно продвигаться вперед, оставаясь незамеченными для королевской гвардии.

– Я постараюсь как можно незаметнее вывести своих людей из замка, чтобы выиграть для тебя как можно больше времени, прежде чем твой отец не поймет, что ты больше не со мной, – сказал Элрой, поглядывая на остальных отъезжающих, которые в нетерпении ждали принцессу. Утро проходило слишком быстро.

С тяжелым сердцем Фрейя шагнула назад.

Элрой склонил голову:

– Скоро увидимся, принцесса Фрейя.

Кивнув, Фрейя повернулась к Элрою и Рэй спиной, чтобы они не заметили слез, обжигавших ее глаза, и устремилась к оседланным лошадям. Ларкин одарил девушку слабой улыбкой, которой, однако, не удалось избавить принцессу от страхов и забот, бушевавших в груди. Потому что путешествие, в которое они отправлялись, решит судьбу целой страны.

Часть II

Глава 28 – Киран

– Осмонд —

Четыре города.

Тридцать погибших Темных.

И это – результат того пути, который они прошли до сих пор. Полукровки, что убивали по приказу неизвестного Неблагого, были умелы и быстры. Ларкин заверил, что в битве на черном рынке не выжил ни один полуэльф, но, видимо, полукровки на рынке были не единственными, кто бесчинствовал в Тобрии. Что было вполне возможно, потому что, в отличие от Неблагих и Благих фейри, полукровок не всегда можно было узнать с первого взгляда. Красота их была пронизана человеческими недостатками, а магия была слаба. Даже заостренные уши – и те были не у всех, так что чисто внешне полукровкам было легко слиться с людьми. А значит, им нужно было соблюдать предельную осторожность – ведь оставшиеся полуэльфы не должны были узнать, что кто-то идет по их следу. Иначе они в лучшем случае сбегут, а в худшем – начнут действовать поспешно и необдуманно. А учитывая их везение в последнее время, последнее было куда вероятнее.

– Может, заткнешься? – резко бросила Зейлан, обращаясь к Ли.

Ли шел по Терновому лесу, тихо напевая себе под нос. Этот едва различимый звук смешивался со щебетом птиц и тихим шорохом в подлеске. В остальном вокруг стояла тишина. По лесу они шли вот уже несколько дней, так что теперь почти не разговаривали. Они успели обменяться мнениями обо всем, что произошло в Нихалосе, а Ли сообщил о разрушенной деревне полукровок, о которой не рассказал Ларкину и всем тем, кто был на черном рынке. А еще Хранитель постоянно задавал Кирану вопросы о том времени, когда он был Талоном.

Ли, который вел за поводья лошадь, недоуменно вскинул голову:

– Тебе не нравится?

– Нет.

– А мне эта мелодия кажется прекрасной, – произнес Киран, заслужив за это злобный взгляд Зейлан.

– Ну, тебе же не нужно было слушать эту проклятую мелодию в темнице каждый день, пока ты гадил на ведро, – сказала она, обходя дохлого зайца. Над безжизненным телом кружили мухи. – Так что я была бы тебе очень благодарна, если бы ты перестал.

Поджав губы, Ли кивнул. Хранитель, казалось, чувствовал себя виноватым перед Зейлан, но Киран никак не мог понять почему. В конце концов, именно он, принц фейри, запер девушку в подземелье, потому что был слишком труслив, чтобы противостоять Совету. Каким же наивным и простодушным был он тогда! Теперь Киран все больше и больше понимал, почему Неблагие не хотели видеть его на троне. Как мог он управлять целым народом, если не осмеливался даже поднять голову перед Советом? Оправдание, вынесенное Зейлан, конечно, вызвало бы волнения, но задачей правителя было предотвратить такое развитие событий, используя власть своего слова.

Именно в этом и состояла его проблема: в собственной неуверенности. Она распространялась на народ, словно лесной пожар. Почему Неблагие должны были доверять решениям Кирана, если даже он сам не знал, стоит ли это делать?

– Скоро будем на месте, – сообщила Зейлан, прерывая поток мыслей Кирана.

Подняв глаза, фейри увидел облупившуюся вывеску, криво прибитую к столбу. Если верить указателю, они находились недалеко от Осмонда – небольшой деревушки к востоку от Амаруна. Это поселение было одним из последних оставшихся мест, которые они планировали посетить. Многие Темные, которых когда-то знал Ли, уже были мертвы.

– Ты когда-нибудь бывал в Осмонде? – спросил Ли.