Читаем Сумеречные боги полностью

– А я бы покончил с собой, если бы у меня было такое лицо, как у тебя, – пробормотал Элрой, покосившись на Фрейю. Но девушка не рассмеялась над его комментарием, а только крепче натянула поводья своей лошади, вынуждая животное скакать быстрее, потому что не могла даже приказать этим людям замолчать. Они остановились перед рынком. Элрой велел Рэй ожидать в заранее установленном месте встречи, пока они с Фрейей будут разыскивать Мойру, потому что появиться на своих лошадях перед полуразрушенной хижиной женщины-алхимика они не могли. Это привлекло бы нежелательное внимание, а ведь Фрейя хотела предупредить старуху об отце, прежде чем вновь покинуть город.

В рыночном зале пахло благородными духами, дорогими специями и вкусной едой. Несмотря на раннее время, людей на рынке было много, и смешаться с толпой удалось без труда. Некоторое время Элрой и Фрейя бродили по рядам, пока не почувствовали, что за ними никто не следит. В тот же миг они выскользнули наружу через другую дверь. Фрейя натянула на лицо капюшон, а Элрой спрятал свою униформу под бесформенным одеянием из коричневой ткани. Потом пират полез в карман и вытащил пакет с финиками.

Фрейя бросила на него зловещий взгляд.

– Тоже хочешь?

Принцесса разочарованно покачала головой.

– Что? Я проголодался, – проговорил Элрой, запихивая финик в рот. Он украл их у одного из торговцев, когда они с Фрейей проходили мимо. Пират, правда, не собирался красть финики, но при виде такого разнообразия товаров просто не смог удержать свои руки при себе. Элрой скучал по своей прежней жизни: все эти приличия при дворе здорово его утомляли.

Прожевав финик, новоиспеченный муж Фрейи полез в другой карман своего плаща.

– Кстати, у меня есть кое-что и для Мойры.

Нахмурившись, Фрейя взяла мешочек из его рук.

– Волчий хвост, – сказал он. – Ты в прошлый раз ей приносила.

Принцесса, сморщив носик, пристально изучала его своим взглядом, но Элрой понятия не имел, что она хотела этим сказать. Она злилась на него? Это не те травы? Или они больше не подходили? Элрой совершенно не понимал, в чем дело, но писать на ходу Фрейя не могла, а останавливаться никто из них не хотел. Они оставили позади первое, потом второе кольцо. В третьем домики были намного меньше, теснее жались друг к другу, а люди выглядели менее безмятежными и даже измученными жизнью. В четвертом кольце в воздухе витала вонь сточных вод, потому что здесь не было канализации, которую король оборудовал в первых кольцах. Неровные улицы, изрытые выбоинами, были засыпаны кучами мусора; в переулках в поисках пищи сновали крысы. Бедность и нищета бросались в глаза, страдания с каждым шагом усиливались. Наконец они достигли пятого кольца и хижины Мойры. В этом районе война, казалось, началась уже давно. Крыши были разрушены, окна выбиты, а покосившиеся двери едва держались на петлях, словно их постоянно пинали ногами.

Хижина Мойры выглядела не менее ветхой. Никто бы не заподозрил, что именно здесь обитает могущественная женщина-алхимик. По крайней мере, Элрой считал, что Мойре присуща определенная власть, раз уж она была наставницей Фрейи. В прошлый раз, когда они приходили сюда, хижину окружали скелетоподобные кустарники. Теперь на них набухли сочные зеленые почки, но даже это не могло придать этому месту красоты.

Фрейя постучала.

Послышались шаги, потом дверь открылась и в проеме показалась Мойра – скрюченная старуха с жидкими тонкими волосами, которые казались скорее темно-серыми, чем черными, из-за множества седых прядей на голове. Ее глаза расширились:

– Что ты здесь делаешь, девочка?

Фрейя улыбнулась Мойре.

– Мы можем войти? – взял на себя роль посредника Элрой.

Взгляд старухи метнулся к пирату. Мойра недоверчиво смотрела на него, так что Элрой никак не мог понять, помнит ли она, что в прошлый раз оставила его на холоде, снабдив одним лишь тонким одеялом. Теперь на улице стало теплее, но Элрой не хотел оставаться на улице, словно дворовая псина. К тому же теперь его лицо было знакомо многим местным жителям.

– Снаружи я больше ждать не собираюсь, – скрестил он руки на груди.

Глаза Мойры, обрамленные сеточкой морщин, превратились в узкие щелочки. Но прежде чем старая ведьма успела что-то сказать, Фрейя схватила ее сухую, жилистую руку и вперила в нее свой молящий взгляд. Тяжело вздохнув, Мойра отступила в сторону, пропуская их в хижину. Никто не мог отказать в просьбе немой девушке.

Внутри хижины ощущалось приятное тепло. В камине горел огонь, над ним висел чайник с чаем, от которого исходил восхитительный аромат трав. Большего в этом скромном жилище увидеть было нельзя. Чуть поодаль располагались маленькая кухня, стол и шаткая на вид койка. Самым уютным в этом домишке был, пожалуй, старый, покрытый пятнами, изорванный ковер, прикрывающий прогнившие доски пола.

– Чаю? – спросила Мойра.

Фрейя покачала головой.

– Мы ненадолго, – объяснил Элрой. Зря терять время было нельзя. Он, конечно, был уверен, что сегодня отец Фрейи будет спокоен, да и Йель своими ловкими оправданиями сумеет выиграть для них время, но все же лучше было не рисковать.