Ларкин посмотрел на Цернунноса, который по-прежнему стоял на том же месте. Его взгляд был прикован к полю боя. Выражение лицо было насмешливым, губы кривились в злобной ухмылке. Никакого сострадания. Никакого страха. Ни капли сожаления в глазах. Ничего, что хотя бы отдаленно напоминало человеческие чувства. Он был словно эльва – безжалостная, бессердечная и жаждущая крови.

Ларкин почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он боялся того, что ждет этот мир, если им не удастся остановить Цернунноса.

– Пора с этим кончать. Убейте их! – взревел один из фейри. На нем был великолепный мундир с мантией из темной ткани, которая вздымалась за ним, как черное море. Несколько фейри тут же бросились к Хранителям. Ларкин, не переставая наносить своим клинком один безжалостный удар за другим, заметил, как круг нападавших начал сжиматься. Все плотнее и плотнее. Его снова прижали к Кори, который тоже отчаянно боролся с солдатами.

– Ларкин, – внезапно раздался знакомый голос.

Он обернулся, и среди фейри, огня и дыма, который, подобно яду, обжигал легкие, увидел Ли и Готара, которые скакали к товарищам верхом на лошадях, прорывая толпу фейри. Ларкин улыбнулся и вскочил на спину лошади, оказавшись за спиной Готара.

– Уходим! – закричал Кори, взлетая на лошадь позади Ли.

Ларкин огляделся в поисках Фэрроу. Тот уже сидел на лошади, которую Ли и Готар, должно быть, привели с собой. Та, испугавшись толпы вооруженных фейри, поднялась на дыбы, но Фэрроу удалось удержаться. Пришпорив лошадь, Хранитель рванулся прочь. Фейри шарахнулись в сторону. Кое-кто из них пытался атаковать при помощи льда и камней, однако дым, затуманивая зрение, снижал их меткость.

Они вырвались из толпы и выехали из лагеря. Вдогонку летели яростные вопли. Ларкин, вцепившись одной рукой в Готара, другой крепко держал свой меч. Оглянувшись посмотреть, не следуют ли за ними фейри, бывший фельдмаршал заметил, что Фэрроу отстал.

– Фэрроу!

– Извини, я должен это сделать, – прорычал Хранитель, и не успел Ларкин понять, что тот имел в виду, Фэрроу дернул поводья своей лошади и развернул ее. Словно молния, рванулся он сквозь ряды фейри, нацелившись прямо на Олдрена. Солдаты попытались остановить Хранителя, но он был слишком быстр. Подняв меч, Фэрроу ринулся на Олдрена, который по-прежнему стоял на своем месте и устало улыбался. Потом он решительно поднял руку, и все фейри застыли в движении.

Ларкин моргнул. Глаза мужчины слезились от дыма, но он не мог отвести взгляда. Олдрен не шевелился, а Фэрроу гнал свою лошадь все быстрее и быстрее. Издав крик, Хранитель выхватил свой меч, приготовив его к удару.

Готар, сидевший впереди Ларкина, остановил своего коня. Крик ужаса покинул его горло, когда клинок Фэрроу нацелился прямо на шею Олдрена. Ларкин словно застыл. Неужели все могло быть так просто? Он едва осмеливался надеяться на это. В один миг каждый мускул его тела напрягся в ожидании.

Будто бы смирившись со своей судьбой, Олдрен закрыл глаза. На секунду время, казалось, остановилось, и все, кто был поблизости, замерли, когда лезвие коснулось кожи Олдрена. Но сталь не отделила голову от туловища, а расплавилась, едва коснувшись ее, и с шипением закапала на землю.

Фэрроу пронесся мимо Олдрена, ошеломленно глядя на то, что когда-то было его оружием. От меча осталась только рукоять. Его взгляд недоуменно остановился на короле Неблагих. Тот лишь усмехнулся, когда расплавленный металл у его ног поднялся из грязи в воздух. Из того, что прежде было клинком меча, образовались маленькие заостренные пули.

– Берегись! – крикнул Ларкин, но помочь Фэрроу уже не мог.

Пули устремились к Хранителю. Он не успел увернуться, и они вонзились ему в лицо. Однако кровь из ран не брызнула, потому что жар в один миг иссушил разрывы. Металл оказался настолько горячим, что голова Фэрроу мгновенно загорелась. Пламя слизывало кожу и плоть с его костей.

Все это произошло так быстро, что у Хранителя даже не осталось времени позвать на помощь. Бездыханный, он свалился с лошади и остался лежать в грязи. Огонь, пожиравший его голову, распространился на все тело. Фэрроу превратился в один большой костер.

Ларкин сжал губы в тонкую линию. Он не мог поверить в то, что только что увидел. Он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, но справился с собой и смог не упустить момента. Ларкин приказал Готару уезжать, Ли и Кори поскакали за ними.

Фейри не стали их преследовать.

Забрав Кольма, Шейлу и Нилона, которые прятались в лесу, Хранители отправились обратно в Горы Сокровищ. То была тихая, молчаливая поездка, полная печали и беспокойства. И Ларкин все никак не мог избавиться от ощущения, что Олдрен отпустил их лишь потому, что хотел, чтобы все повстанцы узнали о том, свидетелем чего только что стали Хранители.

Глава 55 – Зейлан

– В рудниках Гор Сокровищ —