Но вернувшись домой, он не почувствовал испуга. Напротив, испытывал какое-то воодушевление, почти восторг. Впервые за последние годы ему не хотелось напиться.

Он пошел в ректорий, снял трубку и позвонил в пансион Евы Миллер.

— Алло? Миссис Миллер? Могу я поговорить с мистером Мейрсом?.. Его нет? Да, понимаю… Нет, ничего. Позвоню завтра. Всего хорошего.

Он положил трубку и подошел к окну.

Пьет ли Бен Мейрс где-нибудь пиво, или же все, что рассказал ему старый учитель — правда?

Если это так…

Он не мог оставаться в доме и вышел на заднее крыльцо, вдыхая свежий октябрьский воздух и вглядываясь в темноту. Может, это вовсе не Фрейд. Может, виной всему электричество, убившее страхи человека более эффективно, чем кол, загнанный в сердце, убивает вампира.

Зло осталось, но теперь оно двигалось среди яркого, равнодушного света неоновых ламп и стоваттовых фонарей. Оно двигалось механически, как игрушечная заводная машина, выполняя чьи-то приказы. Да, все мы выполняем приказы и инструкции. Но откуда они исходят? «Я только выполняю приказы. Народ избрал меня». Но кто избрал народ?..

Что-то промелькнуло над головой, и Каллагэн поглядел вверх, отвлекшись от своих мыслей. Птица? Летучая мышь?

Он вслушивался в ночь и не слышал ничего, кроме гудения телефонных проводов.

«В ночь, когда приходит куджу, ты спишь, как мертвый». Кто это сказал?

Темно. Только напротив церкви светится фонарь, и тускло мерцает уличный свет на пересечении Брок-стрит и Джойнтнер-авеню. Все тихо.

«В ночь, когда приходит куджу, ты спишь, как мертвый».

Воодушевление внезапно прошло. Страх ледяной волной окатил его сердце. Он боялся не за жизнь и не за честь, и не боялся уже, что домоправительница узнает о его пьянстве. Такого страха он никогда еще не испытывал.

Он боялся за свою бессмертную душу.

Часть третья. Покинутый город

иди ко мне, малютка, чтоб вечно спать со мной»

сквозь окна, залитые красною мглой,

огромные формы в движении странном,

диктуемом дико звучащей струной.

Меж тем, как, гонимые быстрой рекою

сквозь бледную дверь, за которой беда,

выносятся тени и шумной толпою,

забывши улыбку, хохочут всегда».

Глава четырнадцатая. Город (4)

1

Из «Альманаха Старого Фермера»:

Из сводок Портлендской метеостанции:

Из полицейской хроники графства Камберленд:

2

Утром 6 октября никто в Джерусалемс-Лот не заметил появления новых мертвецов. Как и те, кто умер в предыдущие дни, они сохраняли все признаки жизни.