Читаем Суд матери полностью

Н и к и т и н. Устала. Устала ты со мной, скворушка…

К и р а. Не то говоришь, не то… В зону тебя провожаю, а у самой мертвеет все; ночью во сне соседский ребенок вскрикнет — для меня будто Алешка закричал: вскочу и бегу сюда, к вахте, и стою, пока часовой не прогонит…


Молчание.


Сережа, силы человеческие ведь не беспредельны!

Н и к и т и н (не сразу). Никогда не думал, что в человеке заложен такой запас прочности: и на разрыв и на излом.

К и р а. Ну хочешь, уедем? Куда угодно! Господи, да разве на земле места мало? Молчишь.


Никитин отошел к столу, машинально крутит в руках какой-то предмет.


Что у тебя?

Н и к и т и н. Транзистор Алешкин… (Включил.)


Звучит мелодия, мы слышали ее вначале. Это мелодия, которую любил Алешка.


Работа наша как ходьба в незнакомых горах. Взобрался на одну, а за ней другая, еще выше и круче. Ну, думаешь, эту, последнюю, одолею — и у цели. Нет, опять подъем крутой — и снова высокая гора. И остановиться не можешь: надо, обязательно надо дойти до цели…

К и р а (не сразу). У всех нормальная человеческая жизнь, а у меня? Мирное время, а муж — на передовой. Точно минер.

Н и к и т и н. Минер… И для каждого здесь ты должен проложить тропинку в будущее. Для каждого! А не нашел — выпустил на свободу волка. Доверие людей предал. Так-то, скворушка моя…

К и р а. Моя задача труднее: как сделать тебя… счастливым?!


Гаснет свет.


Слышно пение петуха, далекий собачий лай.

Загорается свет.

Осенний день. Окраина деревни. Рябина с гроздьями ягод, словно обрызгана кровью. Плетень. У плетня  С о р о к а, она в пуховом платке, концы которого завязаны на спине, байковом халате, шлепанцах; она беременна.


С о р о к а. Цып-цып-цып… Ух вы, мои милые, ух вы, мои хорошие… (Кормит птицу.) А ты куда, приблудная? Киш, окаянная! С чужих дворов дармоеды слетаются…


Появился  Н и к и т и н, он в штатском. Какое-то время наблюдает за Сорокой.


Н и к и т и н. Добрый день, хозяйка.

С о р о к а. Здравствуй, коли не шутишь.

Н и к и т и н. Привольно здесь у вас, дали стеклянные…

С о р о к а. Городской, что ли?

Н и к и т и н. Вроде.

С о р о к а. Ежели купить чего — не трать время попусту: сами на рынок дорогу знаем, цены нынешние тоже.

Н и к и т и н. Бойкая.

С о р о к а. А кроме мужа бояться некого.

Н и к и т и н. Замужем, значит.

С о р о к а (похлопав себя по животу). Да уж не приблудный!

Н и к и т и н. И давно здесь проживаете, Валентина Петровна?


Пауза.


С о р о к а. Имя мое откуда знаешь?

Н и к и т и н. Фамилию другую, значит, взяли, мужнюю, — Сорока… А до замужества какая была?

С о р о к а. Чего тебе от меня надо? Чего?!

Н и к и т и н. Водички не дашь ли, в горле вдруг что-то пересохло.

С о р о к а. Шляются тут всякие. (Подала ковш.) Лакай!

Н и к и т и н. А на мой вопрос не ответили, Валентина Петровна.

С о р о к а. Уж не в родственники ли набиваешься? Хозяйство мое приглянулось? (Вдруг показала фигу.) Во, видал! Сам угадай!

Н и к и т и н. Жогина! Валентина Петровна Жогина.


Пауза.


С о р о к а. А ну, проваливай! Не то Митьку своего кликну!

Н и к и т и н. Не кликнешь. Такое с собой живьем в землю зароешь, а голоса не подашь… Галимзян Алиев привет тебе шлет.

С о р о к а. А-а-а!

Н и к и т и н. Сядь, Валентина Петровна, сядь.


Сорока опустилась на завалинку.


С о р о к а. Прознал… Нашел, окаянный… Загубит теперь мою душеньку!

Н и к и т и н. Ну, о вашей душе потом. Невинную спасать надо!

С о р о к а. Из дружков его, из блатных?

Н и к и т и н. Сотрудник МВД. Вот мое удостоверение. (Показал.)

С о р о к а. Господи, неужто судить будете?!

Н и к и т и н. Как же вы могли?! Жили-то как с грузом таким? И ничто не мучило?

С о р о к а (всхлипнула). А нешто я сама мук этих мало от него приняла? Из тюрьмы встречала да в тюрьму провожала — вот и все радости! А уж бил — собаке последней не пожелаю… Стыд да молва людская по свету с места на место гоняли. В совхозе целинном Митьку своего встретила. Полюбила!.. А урка тот постылый подгадал на волю выходить. Опять тянуть с ним жизнь окаянную?! Оставила я ему вещички все, что дарил, и сбежала с Митькой.


Пауза.


Н и к и т и н. А вы знали, что его… за убийство осудили? На десять лет! За ваше убийство!

С о р о к а. Свят, свят, свят. (Мелко крестится.) И не знала, и не ведала!

Н и к и т и н. Ну зачем же так изворачиваться, Валентина Петровна? А посылку кто ему выслал? По ней вас и нашли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Оскар Уайльд , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Педро Кальдерон

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука