Читаем Суд да дело полностью

Он жил в чудесной стране. Страна была покрыта цветущими городами и парками, удобные дороги текли по еe горам и долинам, красивые церкви белели на холмах, тучные стада паслись на зелeных лугах, симфонические оркестры играли по вечерам под открытым небом. Магазины в этой стране ломились от товаров, даже цветы и фрукты продавались в изобилии в любое время года. Электричество сияло во всех домах, помогало стирать бельe, мыть посуду, готовить еду, подметать пол. Стоило протянуть руку к телефону, и тебя соединяли с близким и нужным человеком в любой точке мира. За двадцать лет жизни в этой стране никто ни разу не напал на него, не оскорбил, не ударил. Иногда ему снились сны про его прежнюю страну - и это всегда были тягостные кошмары, из которых он вырывался со вздохом облегчения.

Ей досталось жить в стране загнивающей, разваливающейся на глазах. Люди работали из последних сил и всe равно не могли свести концы с концами, разорвать кольцо тревог. Разрешенное воровство и разрешенная ложь пронизывали все стороны жизни. Уродство городской архитектуры погружало в тоску. Улицы были завалены мусором, стены загажены разводами краски и похабными надписями. Молодeжь интересовалась только нарядами, сексом, наркотиками, спортом, деньгами. Редко кто прочитывал в год одну-две книги, да и то это были, по большей части, дешевые детективы или "ужастики". Бездомные и сумасшедшие бродили по улицам, спали на вентиляционных решeтках, валялись на скамейках в парках и скверах. Насильники и грабители рыскали ночью повсюду, и она, ложась спать, клала рядом с постелью большой нож. Хотя и понимала, что защитить себя не сумеет. Ей казалось, что в прежней стране всe было лучше, чище, достойнее, и воспоминания о жизни там наполняли еe сердце отрадой.

Чем больше мой попутчик рассказывал о своей жене, тем большую нежность и сочувствие она у меня вызывала. Я так понимал еe! Ведь мне тоже досталось всe воспринимать в мрачном свете. Там, где другие видят прелестное лицо, мой глаз немедленно отыскивает прыщ, испарину, торчащий из носа волосок. Посредине весeлого пикника я с тоской начинаю думать о скуке подступающего вечера. Когда все умиляются первым шагам ребeнка, мне может прийти в голову дикая мысль, что ведь и показанный вчера по телевизору убийца тоже когда-то был младенцем и сделал свой первый невинный шаг по земле.

Поэтому в жене моего попутчика мне почудилась родная душа. Которой, наверное, так же приходится страдать от всех этих оптимистов кругом. От весельчаков, которые лезут к тебе с ободряющими советами. Поют про светлую подкладку любого облака. Про пользу позитивных эмоций. Не понимают, идиоты, что человек рождается с таким взглядом. Что ничего тут поделать нельзя. Что лезть к нам с этими увещаниями так же бестактно, как уговаривать одноногого ступать на обе ноги. О, как я слышал эту женщину, как проникался ею!

В общем, хотите верьте, хотите нет - я как бы заочно влюбился в жену моего попутчика. Только по его рассказам. Еe печаль затекала в меня так же неудержимо, как Миссури втекает в Миссисипи. И мне страшно захотелось встретиться с ней. Но как это сделать? Мой попутчик был со мной так откровенен только потому, что знал: мы скоро расстанемся и его исповедь растает на высоте тридцати тысяч футов. Спросить у него адрес и телефон теперь было просто невозможно. Мы даже не представились друг другу.

И тогда я решился. Назовите это жульничеством, обманом, даже воровством. Стыдно сознаться, но я сделал это. Мы стояли рядом в ожидании багажа. Мой попутчик снял один чемодан с ползущей ленты и начал искать глазами второй. Этой минуты мне было довольно. Я незаметно отступил, нагнулся и прочитал его имя и адрес на ярлычке, прикрепленном к ручке чемодана.

Не буду утомлять вас рассказом о том, как я отыскал их дом. Как караулил, спрятавшись в машине по утрам. Как впервые увидел эту женщину - именно с таким печальным и нежным лицом, как я и ожидал. Как любовь моя стала крепнуть и разрастаться. Как я ломал себе голову, придумывая предлог для знакомства. Как превратился в доморощенного детектива и пытался незаметно следовать за еe автомобилем. И как мне, в конце концов, неслыханно повезло: она подъехала к большому зданию без окон, на крыше которого сияла реклама - ботинок с двумя колесиками внизу.

Роликовый каток! Что может быть лучше для непринуждeнного случайного знакомства?

Я дождался, когда она войдeт в здание. Последовал за ней. Взял напрокат пару роликов. Натянул их. С колотящимся сердцем вышел в зал, заполненный штраусовским вальсом. И тут меня постигло ужасное разочарование. Одно из самых горьких в моей жизни.