Читаем Success полностью

Я бы не советовала вам начинать карьеру с большой государственной корпорации. Чем больше у вас нестандартных решений, тем труднее пробиться. Классический пример – это среда чиновников, куда креативные люди, новаторы, просто не идут. А если и идут, то очень быстро оттуда вылетают. Потому что активный человек придумывает что-то новое и рвется продвигать это новое вперед – госаппаратной вертикали такие люди не нужны. Она принимает эдаких homo soveticus, тех, для кого доминирующим интересом является само существование в этой среде, пусть даже унизительное, зато такое гарантированное…

Однажды я пыталась попрать законы бюрократической среды. Получив задание подготовить новую программу по развитию малого бизнеса в России, я собрала руководителей департаментов и объявила, что у нас сегодня будет мозговой штурм, а главная цель – найти новые подходы к поддержке малых предприятий. При этом выдвинула условие: представьте, что я никакой не начальник, а такая же, как вы, давайте вместе размышлять, спорить (а поспорить и поразмышлять было о чем).

И тут наступила гробовая тишина. Через час тоскливого и нудного разговора, в течение которого мне все время приходилось пинать ногами дискуссию, чтобы она не сдохла, я поняла, что за рамки чисто формальных ответов мне своих собеседников вытащить все равно не удастся. Потому что в системе жесткой субординации ни один подчиненный не хочет брать на себя ответственность за собственные слова.

«Я скажу так, а вдруг ей не понравится? Она потом возьмет и зарплату мне понизит… Да ну ее к богу в рай! Мне и так хорошо, не буду ничего креативить. Она – „министра“, вот пусть мне задание и дает, а я пойду выполнять…» – так примерно рассуждает любой человек в вертикальной корпорации. В правительстве, в Белом доме эта схема доведена до абсолютного гротеска – чиновник на среднем уровне никогда в жизни не выскажет ни одной креативной идеи. Потому что, начав креативить, он рубит тот сук, на котором сидит.

Ничуть не лучше дело обстоит и в крупных компаниях. Поэтому, если вы умны, инициативны и хотите сделать карьеру, не стремитесь сразу попасть в Роснефть или, скажем, Газпром. Карьеры очень многих молодых разбивались об стены больших корпораций.

Эти «монстры» зачастую настолько забюрократизированы, что человек в них теряется, превращается в некий винтик, выполняющий простейшие операции. Раз в месяц его «накачивают» на лояльность к компании и полностью лишают возможности брать на себя ответственность. В таких условиях у среднего звена менеджеров теряется энергия, и разбудить ее, находящуюся в затяжной спячке, очень и очень тяжело – корпорация «давит».

И помните: успешные бизнесмены, которые в 28 лет становятся миллионерами и попадают в списки Forbes, – вовсе не из крупных корпораций. Все они из малого бизнеса – интеллектуального и инновационного.


Профессор: И все-таки я вновь вернусь к вопросу о лидерстве мужском и женском. Женщина может быть у руля – отчего нет? Да пожалуйста! Но вот вопрос: как работать с одними мужиками? Как бизнес-то налаживать?! Так что, куда ни кинь, мужики эффективнее.


Кошечка: Ну, знаете, это переходит все границы! Если бы мы с вами, господин Профессор, встретились в американском суде, я бы вас точно лет на двадцать засадила!


Конечно, мужчины эффективнее. Но за счет чего? За счет своей брутальности. Для мужского сообщества главное – вожак, самый сильный в их стае. Поэтому, хочет этого мужчина или не хочет, он должен непрерывно демонстрировать свою силу, а заикающийся интеллигент, не владеющий методами «наезда», в качестве босса как-то уже и не воспринимается.

Конфликты мужчины решают как? Громко! Прямым столкновением. Лоб в лоб. Иногда и в морду дадут. В общем, кто сильнее, тот и круче. Речь идет не только о физической силе. В цивилизованном мире ее успешно заменяют «бабки», банки, фирмы – у кого что.

В то же время женщине не прощают тупой агрессии. Впрочем, многие дамы просто не обладают соответствующей мощью голоса. Как, собственно, и равными с мужчиной силами – весовая категория не та, да и аэробикой мы занимаемся больше для здоровья, чем для объема бицепса. Поэтому можно сколько угодно мечтать о том, как ты размазываешь противника по стене, но надо отдавать себе отчет: это только в кино барышни с кинжалами летают – в реальной жизни так не получится.


Кошечка: Вы думаете, Профессор – единственный мужчина, который заикнулся о том, что женщинам место на кухне? Да таких – большинство! И как с ними бороться?


Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство