Читаем Строптивая полностью

– В ту ночь вы дали мне десять баксов сверх оплаты. Я никогда не забуду этого. Большинство людей если и дают, то не больше пятнадцати процентов стоимости проезда. Вы тогда даже не задумались, сколько даете. Вы оплатили проезд и протянули еще десять баксов. Я подумал, вот это класс. Я не могу оставить вас на улице, леди. Я довезу вас домой. – Он выключил таксометр. – Эта поездка – за мой счет.

– Вы так добры, – сказала Фло.

– Один частный детектив приходил ко мне тогда через несколько дней. Вы знали об этом? Хотел выяснить, куда я вас возил. У меня все записано в путевом листке. Адрес на Азалиа Уэй, который вы назвали первым, потом я его перечеркнул и записал «Шато Мармон».

Фло взглянула на водительскую карточку и прочла его имя.

– Хуссейн? Правильно?

– Хуссейн. Так меня зовут.

– Хочу, чтобы вы знали, что я очень признательна вам, Хуссейн. В наши дни встретишь не так много классных парней.

Когда такси сделало поворот направо с Коулдуотер на Азалиа Уэй, им навстречу попалась машина. Как только она приблизилась, Фло взглянула в окно и увидела, что это золотистый «роллс-ройс». На передних сиденьях сидели двое мужчин. Они не смотрели в ее сторону. Холодок пробежал по спине Фло. Когда машины разминулись, Фло обернулась, чтобы еще раз посмотреть через заднее стекло на «роллс».

– Хуссейн, не сделаете ли вы мне одолжение? – спросила она, когда такси въехало на подъездную дорожку к ее дому.

– А в чем дело?

– Не подождете ли вы, пока я войду в дом?

– Я провожу вас до двери. – Он вышел, открыл дверцу с той стороны, где сидела Фло, словно он был личным шофером, а не водителем такси.

У входа в дом Фло вынула ключи, чтобы открыть дверь, но заметила, что дверь не закрыта на замок, а только прикрыта.

– Может быть, вы забыли запереть, когда уходили? – спросил Хуссейн.

– Может быть, – сказала Фло и открыла дверь.

– Хотите, я войду первым?

– Если вы не против.

В доме Фло огляделась. Казалось, все было в порядке. Она заглянула в кухню, в пустующую комнату горничной, наконец в спальню. В гардеробной она открыла ящик комода и в глубине нащупала футляр для драгоценностей от «Луи Вуиттон», с которым ее сфотографировали во время пожара в отеле «Мерис» в Париже. Открыв его, она убедилась, что серьги с желтыми бриллиантами, которые она считала последним подарком Жюля, были на месте.

– Все в порядке? – спросил Хуссейн.

– Кажется, да.

– Будете звонить в полицию?

– Нет, ничего, кажется, не пропало. Спасибо вам большое. Я вам очень признательна. Завтра я схожу в банк и пришлю вам деньги.

– Поездка была за мой счет, – сказал Хуссейн. – Будьте счастливы. Видно, у вас немало трудностей в жизни, хотя вы так молоды.

Фло улыбнулась.

– Успеха вам, Хуссейн.

Оставшись одна, она закрыла дверь на цепочку и на засов. Пройдя по дому, опустила жалюзи на всех окнах и задернула шторы. Зажгла повсюду свет. В спальне она сняла костюм от «Шанель», который Пуки посчитал подходящим для шоу Амоса Свэнка. Села за туалетный столик и намазала лицо кремом, чтобы снять грим, наложенный Джессом перед тем, как посыльный попросил ее пройти к мистеру Маркуцци. При мысли о том, что чуть было она не сделала на пятнадцатом этаже Западного здания в «Вэлли студиос», ей снова стало нехорошо. Направилась в гостиную, подошла к бару и долго смотрела на бутылку «Соаве», купленную в супермаркете. Открыв бутылку, она вылила содержимое в раковину, отвернувшись, чтобы не почувствовать терпкий аромат вина. Затем она открыла холодильник, взяла банку «Дайет коки». Открыв ее, начала пить прямо из банки, но посмотрев на себя в зеркало, вспомнила, как Жюль ненавидел, когда она пила из банки, и вылила остатки в один из бокалов. «Я все еще стараюсь делать так, как тебе нравилось, Жюль, – сказала она своему отражению в зеркале. – Но это привело меня абсолютно в никуда».

Она повернулась, чтобы пройти из гостиной в спальню, и наступила ногой в одном чулке на что-то твердое. Посмотрев под ноги, она увидела на полу, у бара, магнитофон Сирила. Она наклонилась и подняла его. Он был разбит. Микрокассеты внутри не было.

* * *

Ей не спалось. Она принесла подушки из спальни и улеглась в гостиной на свой любимый диван, положив рядом на столик пачку сигарет и несколько журналов. Каждый раз, услышав проезжавшую по Азалиа Уэй машину, она напрягалась от ожидания, не свернет ли она на ее подъездную дорожку, и облегченно вздыхала, когда звук машины удалялся.

Она взяла «Малхоллэнд». В журнале нашла статью Гортензии Мэдден о пропавшей рукописи писателя Бэзила Планта, которая, возможно, была обнаружена в бунгало Лонни Эджа, порнозвезды, на бульваре Кауэнга.

Она посмотрела на часы. Было два часа ночи. Звонить было поздно. Да и дома ли он, подумала она, но набрала номер.

«Это Лонни. В данный момент я не могу подойти к телефону. Назовите свое имя и номер телефона, даже если знаете, что он у меня есть, и время вашего звонка. Я позвоню вам при первой возможности. Ждите сигнала».

Записывать свое имя на автоответчик она не захотела. Когда собиралась уже положить трубку, она вдруг услышала голос Лонни.

– Алло? Алло?

– Лонни? – спросила она.

– Ина Рей?