Читаем Строптивая полностью

– Я не знаю. Я не слышал эти записи. Хочу у тебя спросить кое-что, Паулина. Можешь не отвечать. И не надо отвечать, потому что это не мое дело. Но все-таки я спрошу. Она знает что-нибудь о тебе? Или о Гекторе? Или что либо о твоем сыне, о чем никто не знает?

– Это она так говорит?

– Намекает, но не говорит.

Лицо Паулины стало серым, и она отвернулась.

– Она обманщица. Ей нечего сказать.

– Ты ошибаешься, Паулина. Это не так. Она бы предпочла не писать книгу. Говорю это наверняка. Она сама сказала мне об этом час назад. Но она в отчаянии. Поставь себя на ее место.

– Начни платить шантажисту, и это никогда не кончится. Любой тебе это скажет.

– Речь идет только о том, что обещал ей Жюль. Это стоит меньше, чем кольцо на твоем пальце.

Паулина подергала кольцо на пальце. После смерти Жюля она снова начала носить его кольцо с огромным бриллиантом де Ламбалль. Когда кто-нибудь обращал внимание на кольцо, а случалось это постоянно, она, посмотрев на него и улыбнувшись, начинала рассказывать историю о том, как Жюль подарил его ей в Париже за неделю до их женитьбы. Рассказывала она эту историю, чтобы подчеркнуть любовь к мужу, с которым прожила двадцать два года.

Потом все отмечали, что в ее рассказе не было и следа горечи по отношению к Жюлю за то оскорбление, которое он нанес ей. «Это так характерно для Паулины. Она – леди до кончиков пальцев. В конце концов, она из семьи Макэдоу», – говорили ее друзья.

– Прощай, Филипп.

– Прощай, Паулина.

Филипп понимал, что не выполнил свою миссию и одновременно потерял дружбу Паулины. Расстроенный, он вышел в холл и направился к выходу. В этот момент из двери одной из шести комнат, выходящих в холл, появился Дадли и прошел к выходу, но открыл дверь не для Филиппа, а для вновь прибывшего гостя.

– Миссис Мендельсон ожидает меня, – сказал гость. Он говорил с акцентом англичанина.

– Конечно, лорд Сент-Винсент, – сказал Дадли. Филипп Квиннелл и лорд Сент-Винсент посмотрели друг на друга и разошлись. Дадли не представил их друг другу.

* * *

– Я не понимаю, – сказала Фло. – Люди интересуются, очень интересуются моей книгой. Возникает ажиотаж. И вдруг неожиданно эти же самые люди перестают интересоваться книгой. Мы никогда не продадим мою книгу.

– Ты слишком быстро сдаешься. Ты все-таки не понимаешь, в какой сильной позиции находишься, Фло, – ответил Сирил.

Она покачала головой.

– Нет у меня сильной позиции. Какие-то силы работают против нас.

– Ты драматизируешь.

– Они больше не заинтересованы в моей книге, потому что на человека, которому мы подали идею о книге, кто-то надавил, – сказала Фло.

– Перестань. У кого есть такая сила?

– У друзей Паулины.

– Каких, например?

– Один из тех бывших президентов, что обедали в ее доме.

– Я не верю этому.

– Но это так.

* * *

Поначалу охвативший издательские круги энтузиазм к книге Фло Марч «Любовница Жюля», о котором говорил Джоэль Циркон, внезапно угас. Издательские компании, еще неделю назад заявлявшие, что готовы заключить контракт, как только им будет предоставлена первая глава и наброски остальной книги – Джоэля Циркона они уверяли, что это лишь формальность, – теперь не отвечали на звонки.

– Мне не понятно, почему так чертовски долго никто из них не отвечает на мои звонки, – жаловался Джоэль Циркон Моне Берг за ленчем. Недавно Джоэль получил повышение в «Агентстве Берг». – Не могу понять.

Мона, всегда очень практичная и предприимчивая, тут же предложила:

– Попробуй организовать мини-сериал.

– В каком смысле?

– Берешь первую главу и наброски и идешь прямиком в телекомпанию. И говоришь: «У меня есть первая глава и наброски книги Фло Марч «Любовница Жюля». Издатели из рук вырывают, но я решил не связываться с ними и предложить ее сперва вам, пока эта тема очень, очень «горячая».

– Ну и?

– Затем ты начинаешь их немного поддразнивать. Вскользь упомяни имена. Жюль Мендельсон, Паулина Мендельсон. Всех вашингтонских людей. И президентов банков, министров. Они все это проглотят и станут совсем ручными.

– Бывших министров.

– Хорошо, хорошо, бывших министров. Не прерывай меня, когда я делаю за тебя твою работу.

– Извини. Продолжай.

– Используй такие слова, как миллиардер, высшее общество, особняк. Им это нравится.

– Прекрасная идея, Мона. Ты в своем деле дока.

– Знаю.

* * *

– Что-то не сработало, – сказал Джоэль.

– В каком смысле?

– Они не собираются делать мини-сериал.

– А я-то думала, что ты скажешь, что они собираются купить.

– Они передумали.

– Почему?

– Говорят мини-сериалы невыгодны.

Фло натянула на себя плед и повернулась к стене.

– Кто-то надавил на них, – сказала она.

– Что ты имеешь в виду?

– Только то, что сказала. Кто-то надавил на них.

– О, перестань.

– Ты не знаешь этих людей так, как я.

* * *

Джоэль обратился со своим предложением еще к двум телекомпаниям. С энтузиазмом принятое на нижнем уровне руководства программами, оно было отвергнуто на высшем уровне.

– Я, должно быть, потерял нюх, – сказал Джоэль Сирилу. – Я думал, уж что-что, а эта история – верняк. То есть я хочу сказать, что в ней есть все необходимые элементы.

– У меня идея, – сказал Сирил.

– Какая?