Читаем Строптивая полностью

– Верно. Ты готов принять меня, Уилли? – крикнул Марти и исчез за занавесками кабинки, где Уилли красил волосы одному из своих клиентов-знаменитостей.

Пока Джоэль ждал, когда Уилли закончит красить волосы Марти, он воспользовался моментом, чтобы «сделать шмуц», как на еврейский лад он называл болтовню, с Луп, регистраторшей, и почитать газеты. В газете его внимание привлекло сообщение, что Гортензия Мэдден, литературный критик «Малхоллэнда», «возможно, обнаружила потерянную рукопись романа Бэзила Планта «Ленч при свечах», его знаменитого неоконченного романа». Но интерес к сообщению пропал, как только он кончил его читать.

В это время обитая кожей входная дверь салона открылась, и вошла молодая женщина. Она постояла в нерешительности у двери, как бы не зная, остаться или уйти. Наконец направилась к столу регистратора.

– Могу я поговорить с Уилли? – тихо спросила она.

– Вам назначено время?

– Нет.

– Он не делает женские прически.

– Я пришла не для этого.

– Ваше имя?

– Мое имя ничего ему не скажет.

– Он занят с клиентом.

– Не могли бы вы спросить у него, не может ли он выйти на минуту?

– У него Марти Лески, глава «Колосс Пикчерс», – с важным видом сказала Луп. – Я не могу просить его бросит клиента.

– Я подожду, – сказала Фло и села напротив Джоэля Циркона.

Луп посмотрела на нее и заметила по стилю прически, что она сделана у Пуки, обратила внимание на костюм, сшитый по последней моде, на сумочку и туфли, явно купленные в дорогом магазине. Она встала из-за конторки и прошла вглубь салона.

– Фло? – спросил Джоэль Циркон. – Ты ли это? Фло посмотрела на Джоэля Циркона и улыбнулась.

– Привет.

– Я – Джоэль Циркон. Помнишь меня? По кафе «Вайс-рой»? Ты обычно обслуживала меня по утрам.

– Два яйца всмятку, поджаренная булочка, семга и кофе, – сказала Фло.

Джоэль рассмеялся.

– Все помнишь.

– Ты можешь пригласить девушку из кафе и так далее и тому подобное.

– Ты выглядишь на миллион долларов, Фло. На десять миллионов. Спорим, ты не знаешь, где я видел тебя в последний раз.

– Конечно, не знаю.

– На похоронах Гектора Парадизо.

– Господи.

– Ты плакала, верно? А парень, что сидел позади меня в церкви «Доброго Пастыря», Филипп Квиннелл, тот, что писал сценарий для Каспера Стиглица, пока его не уволили, передал тебе платок. Верно?

– Ты сказал, что Филиппа Квиннелла уволили? – спросила Фло.

– Ты разве не слышала? Ну и история!

– Что же случилось?

– Ты когда-нибудь слышала о миллиардере по имени Жюль Мендельсон? Живет в одном из огромных особняков на горе?

У Фло Комок в горле застрял. Джоэль еще рот не открыл, а она уже знала, что он ей расскажет.

– Этот парень Мендельсон ненавидит Филиппа Квиннелла. Почему? Не знаю. Но он позвонил Марти Лески и попросил его избавиться от Квиннелла. – Имя Марти Лески он произнес почти шепотом и указал на кабинку, где Марти красили волосы, чтобы предупредить ее, что глава студии находится здесь, собственной персоной. – Или, – ты только представь, – или, говорит, я не выполню своего обещания дать пять миллионов долларов на строительство своего крыла в Окружном музее Лос-Анджелеса, а для Марти это многое значит. Поэтому Марти позвонил Касперу и приказал лишить его работы. Каспер сам рассказал мне.

Фло пристально посмотрела на Джоэля Циркона, но промолчала. Затем встала, словно собираясь уйти.

– Но я еще не сказал самого главного, – продолжал Джоэль. – В этот же день у Жюля Мендельсона случился сердечный приступ в доме какой-то девчонки, с которой он путается, где-то в каньоне Куолдуотер, и сейчас его жизнь висит на волоске. Идеальная справедливость, или как иначе все это назовешь?

Фло направилась к выходу. Она уже открыла дверь, и в этот момент позади нее раздался голос:

– Мисс? Вы хотели меня видеть?

Фло обернулась и увидела Уилли. Она взглянула на Джоэля Циркона и заметила, что он наблюдает за ними.

– Где здесь можно поговорить с вами с глазу на глаз, всего минуту? – спросила Фло.

– Пройдите сюда. Мой клиент сейчас в красильной комнате. Займусь тобой через десять минут, Джоэль. Может быть, через пятнадцать.

– Я подруга вашей сестры. Уилли взглянул на Фло.

– Не знал, что у моей Глици такие шикарные подруги. Фло открыла сумочку и вынула письмо.

– Меня зовут Фло Марч. Я очень близкая подруга Жюля Мендельсона. Я знаю, что вы бреете его каждое утро, даже сейчас, когда он болен. Не передадите ли вы ему это письмо? Оно очень важное. Очень. Он будет вам очень благодарен за это. Обещаю.

Уилли посмотрел на письмо. На конверте было написано только одно слово «Жюлю».

– Это конфиденциально, как я понимаю? – спросил он.

Фло кивнула.

– Никто не должен видеть его?

– Да, да, только Жюль. Никто больше.

– Эй, Уилли! Долго ты, черт возьми, собираешься держать меня здесь? – закричал Марти Лески из красильной комнаты.

Уилли положил письмо в задний карман брюк и похлопал по нему. Улыбнувшись Фло, он повернулся и пошел к Марти Лески.

* * *

Вечером того же дня за обедом в ресторане «Мортон» Джоэль Циркон сказал Моне Берг:

– Сегодня я разговаривал с Марти Лески.

– Разговаривал с кем? – спросила Мона ревниво.