(7) Он знает, что [вера] проявляет себя двояко: через дела верующего и благодаря совершенству того, во что подобает верить. Поэтому и праведность происходит из двух источников: из любви и из страха. (79, 1) Поэтому сказано, что «страх Господень чист и пребывает во веки веков» (Пс. 18:10). Страх этот, обратившись в веру и праведность, пребывает вовеки. Страх заставляет воздерживаться от всякого зла, на благие же дела подвигает любовь, основанная на свободном выборе. Поэтому, услыхав слова Господа: «Не считаю вас более слугами, но друзьями», гностик в спокойной уверенности обращается к молитве. (2) И молитва эта состоит в благодарении за прошлое, настоящее и будущее, которое уже присутствует здесь благодаря вере. Все это предшествует обретению гносиса. (3) Поэтому далее он просит даровать ему возможность прожить эту телесную жизнь в качестве гностика, как бы свободного от телесности, уже причастного лучшему и сумевшего избежать зла. (4) Он просит также избавить его от наших грехов и дать возможность осознать их. Он с готовностью уходит вслед за тем, кто призывает, следуя его зову с чистым сознанием и благодарностью. Следуя вместе с Христом и благодаря своей чистоте, он удостаивается, в силу некоего слияния, той Божественной силы, которую несет с Собой Христос. (5) Ему недостаточно тепла, которое можно получить, соприкасаясь с теплым, и мало света, который дает огонь, но он сам желает стать этим светом. Он понимает точное значение следующих слов: «Кто не возненавидит отца своего и матери, а кроме того и самой жизни своей (…) и не несет креста своего…» (Лк. 14:26–27). (6) Он ненавидит неупорядоченные телесные страсти, которые завлекают в путы наслаждения и почтительно отстраняется от всего (καταμεγαλοφρονεΐ), что касается творения и роста тела. Он обуздывает телесную часть души[1606], налагая путы на неразумный дух, ибо «плоть желает противного духу» (Гал. 5:17). (7) Нести же знак [креста] – значит, печься о смерти и поставить крест на всех земных делах еще при жизни. Ибо разная любовь «сеет телесное»[1607] и воспитывает душу для принятия знания.

(80, 1) Он становится благодетельным по природе, так, что его благие дела опережают слово, поэтому он молится о том, чтобы ему было позволено разделить ношу грехов своих ближних, дабы они скорее покаялись и обратились. С другой стороны, он стремится поделиться с ними дарованными ему благами. Так относится он к своим друзьям. (2) Всеми силами способствуя росту семени, вложенному в него заботами Господа, он ведет жизнь безгрешную и умеренную, в духе соединившись с ему подобными, пребывая среди святого хора еще во время земной жизни. (3) День и ночь исполняет он божественные заповеди, словом и делом, с радостью, не только вставая утром, но и среди бела дня, занимаясь обычными делами, во сне, отходя ко сну и просыпаясь. (4) Так он наставляет и своего сына, если у него есть сын. Неуклонно следуя заповедям и исполненный надежды, он преисполнен вечной благодарности Богу как то живое существо, о котором аллегорически говорит Исаия[1608], и, (5) оказавшись перед судом, говорит: «Бог дал, Бог взял», (6) подобно Иову, который, утратив все свое имущество, равно как и телесное здоровье, впоследствии все обрел заново, через любовь к Богу. Ибо «был он справедлив, свят и удалялся от зла».[1609] (7) Слово «святой» указывает на праведное отношение к Богу в течение всей жизни. Зная об этом, он в полной мере был гностиком. (8) Не следует слишком сильно привязываться ко всем подобным вещам, даже если они добрые, памятуя о том, что все это только человеческое; не следует и чрезмерно избегать их, даже если они несут зло. Нужно оставаться выше них, ниспровергая вторые и отдавая первые нуждающимся. Гностик должен осторожно обращаться со всем, что его окружает, дабы это окружение не стало привычным.

XIII. Портрет истинного гностика (продолжение)