Читаем Стриптиз Жар-птицы полностью

– Думала, все будет шито-крыто? Ан нет! В твоем расписании было всего лишь восемь минут в день на сына, но он в отместку выяснил все. Хочешь, расскажу, почему отец превратился в того, кем стал, а? Он сто раз пересказывал тебе свою историю, а ты утешала мужа. Ну? Начинать?

Жозя отвернулась к окну, чем окончательно взбесила сына.

– Не хочешь отвечать? – процедил Алик. – Ладно, я поговорю, а ты послушай!

…Аспирант Матвей, вернувшись с Курил, привез с собой птичку. Где он достал пернатое, Алик не понял, ну да это и неинтересно, важно иное. Колосков рассказал научному руководителю о своих наблюдениях, оставил письменный отчет, тщательно закрытый контейнер с птичкой и ушел.

На следующее утро Афанасий Терентьевич Малов был найден мертвым в кабинете – инфаркт. Еще через день поздно вечером к Матвею приехал мужчина самого неприметного вида. Показав служебное удостоверение, он объяснил ему: органы знают все. Бумаги Афанасия тщательно просмотрены, отчет Матвея прочитан, труп птички изучен. У Матвея есть два пути. Первый: он за короткое время ухитряется наладить разведение дальневосточных птичек, все необходимое для научной работы ему предоставят. И тогда Колосков быстро шагает вверх по служебной лестнице, ездит за границу, становится крупным ученым, получает звания, ордена, медали, деньги, машину… в общем, живет в полнейшем ажуре. Второй вариант менее оптимистичен: Матвей отказывается заниматься птичками. Тогда он попадает под сокращение и вылетает из института. Маловероятно, что ему удастся защитить кандидатскую диссертацию, а о докторской даже мечтать не приходится… Понятно, что выбрал Колосков?

Вместе с Антониной он добился впечатляющего успеха, у Колосковых в специальном вольере появилась целая стайка необычных пернатых, и капкан защелкнулся окончательно. Все тот же неприметный мужчина в костюме велел взять одну птичку и сесть в купе поезда. Билеты Матвею приготовили заранее…

Поняв, чем он теперь будет заниматься, Колосков впал в истерику. Ему снова объяснили, что есть два пути. Первый: иногда ученый выполняет поручения особой государственной важности, служит народу, избавляет советских людей от преступников и пользуется заслуженным уважением и любовью власть имущих. Естественно, о данной стороне биографии Колоскова будут знать считаные люди. Кстати, ректор института совсем плох, он скоро умрет, и Матвей займет его место. Конечно, Колосков слишком молод для столь ответственного поста, но благодаря своим заслугам он его получит. Второй путь… Собственно, его просто нет. Как не будет и Матвея, который легко может погибнуть. Ну, допустим, на даче в Евстигнеевке замкнет проводку. Ясно, какой выбор сделал Матвей?

– Вот почему убили Розу Малову! – прошептала я. – Она, наивная девочка, захотела изучать тех птиц, нарвалась на грубость профессора, что-то заподозрила. И неприметные люди в костюмах, которым Колосков сообщил о слишком ретивой аспирантке, живо решили проблему. Наверное, они торопились, поэтому и действовали грубо: бутылка водки, чердак. Ну а потом выставили Малову больной, начали говорить об опухоли мозга.

– Верно, – кивнул Альберт.

– Вот почему Матвея с женой пускали за границу! – продолжала я. – Он там выполнял задания!

– Точно, – согласился Алик. – Потом возвращался домой и впадал в истерику, плакал, кидался к иконам, все кричал Антонине: «Надо грех замаливать». А я подслушивал!

– И так ты узнал про птичку из платины? – спросила я.

– Ага, – по-детски подтвердил Алик. – Кстати, ее взяла Жозя. Отец потом жену упрекал, орал на нее: «Дура! Это улика!» А она спокойно отвечала: «Кто узнает? Извини, не удержалась. Вещь невероятной красоты. Птичка! Мое любимое создание!»

– Значит, Жозя присутствовала при убийствах? – растерялась я. – Но проводники говорили только о мужчине с бородой, ни о какой женщине речи не было.

Внезапно старуха рассмеялась.

– Дураки! – выплюнула она. – Вы идиоты! В особенности ты, Виола! Зачем ты тут поселилась?

– Хотела тебе помочь, – промямлила я.

– А ведь я пыталась избавиться от твоей опеки. – Лицо старухи исказилось. – Но не получилось! Шныряла тут… Носилась… Собаку мерзкую приволокла…

– Мусю купила Дана, – попыталась оправдаться я.

– Следовало и лохматую дрянь уконтрапупить! – рявкнула Жозя.

Смысл сказанного не сразу дошел до меня. Понадобилась пара минут, в течение которых присутствующие сидели тихо-тихо.

– Это ты толкнула Дану!

– Конечно, она, – подтвердил Альберт. – Кто ж еще?

– Нет! – закричала я.

– Почему же? – засмеялся Алик. – Очень даже да!

– Жозе не влезть на третий этаж по винтовой лестнице! – в запале ответила я. – Хотя…

– И что ты вспомнила?