Читаем Стриптиз на дорогах полностью

Саша решилась. Она подняла лом над головой и шагнула к воротам.

В тот же момент навешенный снаружи замок заскрежетал, а сквозь щель между створками замаячил какой-то силуэт – кто-то открывал ворота.

От неожиданности Саша замерла. Лом она так и держала – у себя на головой.

Ворота отворились. В образовавшийся проем шагнул, нагнув патлатую голову, Федя-даун – Саша сразу его узнала.

Федя-даун не видел Сашу, он шел прямо на нее. Он был занят тем, что на ходу разматывал клубок тонкой бечевки. Саша даже услышала, как он бормотал себе под нос:

– Накинуть, затянуть, р-раз – и все… Накинуть, затянуть…

Видимо, поняв смысл этого «накинуть», «затянуть», Эльвира Максимовна за спиной Саши тоненько вскрикнула.

Федя-даун моментально замер – в полуметре от застывшей все в той же позе Саши.

Неизвестно, как бы он повел себя дальше, если б успел поднять глаза на Сашу. Но Федя-даун не успел – Сашины руки, не в силах удерживать на весу тяжелый лом, сами собой опустились и толстая железная палка единым ударом с хрустом проломила Феде-дауну череп.

Открыв рот, чтобы вскрикнуть, но не вскрикнув, Федя повалился на пол – он был уже мертв, когда падал, поэтому напомнил Саше марионетку, которой враз обрезали все нити. Разметав руки и ноги и откинув изуродованную голову, Федя-даун лежал на пороге гаража. Из рук у него выкатился клубок бечевки, которой ему велели без шума задушить Эльвиру Максимовну.

– Вот и все, – проговорила Саша и осторожно положила окровавленный лом рядом с трупом Феди. И только теперь почувствовала, как она испугалась.

Саша обернулась к Эльвире Максимовне. Эльвира Максимовна сидела на полу, закрыв рот ладонями. Голова ее мелко тряслась, а в потускневших глазах не видно было ничего.

«Шок, – подумала Саша, – нужно скорее усадить ее в машину и укатить отсюда. Пока бандиты не хватились Феди…»

Она невольно бросила взгляд на труп и вдруг заметила, что рубашка на животе у Феди характерно оттопыривается.

Саша старалась не думать о том, что только что убила человека. Она опасливо приблизилась к трупу и, наклонившись над ним, задрала рубашку.

Так и есть – пистолет.

Саша выпрямилась, держа в руках оружие.

«Где-то здесь должен быть предохранитель… Ага, вот он. Его нужно сдвинуть, чтобы стрелять. Вот, получилось. Потом передернуть затвор – как это в фильмах делается… И теперь – нажимать на собачку…»

Саша не стала передергивать затвор. Она боялась, что пистолет случайно выстрелит в ее руках. Она вернула рычажок предохранителя на место и сунула пистолет себе за пояс – туда же, куда прятал его Федя.

После этого она обернулась к Эльвире Максимовне. Поза Эльвиры Максимовны ничуть не изменилась, даже голова не перестала трястись – шоковое состояние.

Саша осторожно выглянула из гаража. Пустой двор. Деревянные ворота закрыты. В углу, рядом со стеной аккуратного двухэтажного домика стояла еще одна машина – красная «девятка», очевидно, принадлежащая бармену-буфетчику Митеньке.

«Если разогнаться, ворота со двора можно пробить, – подумала Саша, – я это в фильмах тоже видела – это, по-моему, довольно просто. Тем более ворота-то не кажутся очень крепкими. Скорее, наоборот – хлипкие… И размеры двора позволяют нормально разогнаться…»

Саша вернулась к «Мерседесу». Она ощутила вдруг, что ее начала бить дрожь.

«Это ничего, – успокоила она себя, – это просто нервы. Скоро все кончится. Мне бы только вывести тачку вместе с Эльвирой Максимовной за ворота… А там – до первого милицейского КПП. Я же встречала милиционеров, которые были заняты какой-то операцией, когда Федя-даун… покойный вел меня к себе домой. Один из милиционеров меня еще… потрогать хотел. Наверняка, Эльвира Максимовна – не первая похищенная в этом районе. И скорее всего эта операция связана с деятельностью банды Эдика. Так что милиционеры сразу поймут, в чем дело… А Федю я нечаянно убила… Я защищалась… Лом сам упал…»

* * *

Усадив совершенно ничего не соображающую Эльвиру Максимовну на заднее сиденье «Мерседеса», Саша сама уселась на водительское сиденье и попыталась завести мотор – ключи торчали в замке зажигания.

Мотор взревел с первого же оборота ключей – машина хоть и старая, но фирменная.

Не теряя драгоценного времени, Саша, включив заднюю передачу, выкатила из гаража.

«Теперь – разогнаться!»

Женщину на своем пути Саша заметила только тогда, когда до нее осталось всего несколько метров.

Эта женщина – жена бармена-буфетчика, – мелькнув в зеркале заднего вида, навсегда осталась в памяти Саши: беспомощно присев так низко, что полы засаленного домашнего халата разлетелись, обнажая нечистое нижнее белье, женщина развела руками, в одной из который было зажато помойное ведро.

Саша крутанула руль в сторону, и «Мерседес», вильнув, объехал женщину, чудом не задев ее, – и ткнулся задом в ворота, ведущие со двора дома.

Заскрежетали ломающиеся петли, и через секунду ворота грохнулись на землю.

Женщина закричала.

* * *

Саша едва успела пригнуться – пуля разнесла зеркало заднего вида с ее стороны.