Читаем Стражи границы полностью

— Знаете, я даже когда делаю домашнее задание, не могу отделаться от мысли, что если я ошибусь, никто из вас ни за что не поверит, что это ошибка. Вы вспомните, за что меня осудили в прошлый раз, и отправите меня по назначению.

— Это куда же?

— Срок мотать. Честное слово, Яромир, лучше уж я устроюсь подметальщиком.

Я засмеялся.

— А что ты собрался подметать, мой мальчик? Купюры что ли? Мне многое довелось повидать, но подметальщика-миллионера я пока что не встречал.

Стас сочувственно поглядел на молодого человека.

— Тебе совершенно не обязательно изводить себя финансами, Янош. Подумай, может быть тебе поучиться на филфаке, как Милан? Я бы предложил тебе инженерный факультет, но, по-моему, у тебя к этому совершенно нет таланта. К финансам у тебя талант, бесспорно, есть, но подумай, где один, там и второй. Что тебя еще интересует?

К слову сказать, историю Яноша Вацлав рассказал только мне. Милан знал ее с самого начала, а остальным, по мнению моего брата, знать ее было совершенно не обязательно. Янош же постепенно, не в один день, слово за слово, рассказал обо всем и Стасу, и Всеволоду и нашим дамам. Дамы приняли эту историю более, чем сочувственно. Стас же не только посочувствовал, но еще и раскаялся во всех своих нехороших мыслях по поводу молодого человека. Во время их турпоездки Стас видел, что Янош буквально влюблен в свое начальство, и, не зная предыстории, мысленно обвинил Яноша в подхалимаже. Узнав же всю правду, Стас счел своей непосредственной обязанностью взять молодого человека под свою опеку. Так что, у мальчика появилось целых восемь нянек. Считайте — я, Вацлав, Милан, Стас, Всеволод, Лара, Лера, и Джамиля. Даже странно, что при таком раскладе у него уцелели его красивые синие глаза.

— Думается, тебе нужно заняться юриспруденцией, Янош, — посоветовал Всеволод. — Мне кажется, у тебя получится. К тому же с твоими физическими данными…

— А причем здесь физические данные? — удивился Вацлав.

— Вы разве не знаете? У нас все юристы проходят обязательное обучение боевым искусствам. Это необходимо, если придется работать следователем, а если нет — всегда пригодится для самообороны. Незадачливым адвокатам такое искусство здорово помогает сохранить свою шкурку.

— В общем, на юридическом факультете можно учиться либо тому, либо другому, — подытожил Милан. — Если ты станешь квалифицированным юристом, то всегда себе заработаешь на телохранителя, а если нет, то сможешь наняться телохранителем к факультетскому приятелю.

Вацлав с подозрением уставился на Милана.

— Постой, мой мальчик, ты что, профи?

— Нет, Вацлав, — вздохнул молодой человек, — Я же говорил тебе, я два года проучился на юридическом, потом бросил и поступил на филфак. Правда, я продолжал заниматься боевыми искусствами, но потом меня оттуда вышибли. А я уж было раскатал губу на звание лейтенанта безопасности.

Вацлав перевел взгляд на Всеволода, потом также подозрительно оглядел меня.

— Твоя работа, Ромочка? Значит, надо полагать, ты поломал мальчишке карьеру, а потом пристроил ко мне?

— Ничего я никому не поломал. Отстань, Вацлав. А что Милан — профессионал, так разве что слепой не заметит.

Вацлав бросил гневный взгляд на Милана, и встретился с его растерянным взглядом. Потом Милан так же растерянно посмотрел на меня.

— Постойте, Яромир, так вы что, нарочно все это устроили? Вы вышибли меня с военной кафедры за неделю перед получением звания, и устроили так, что я не смог найти себе занятие в Медвенке? А потом организовали случайность и отправили меня прямой наводкой к вашему брату? Я заподозрил неладное, когда увидел Всеволода на границе. Он же курировал наш факультет и заходил время от времени. Но вашего брата я не знал в лицо, и мне поначалу даже в голову не пришло, что он — это он.

Милан встал. Видно было, что молодой человек здорово расстроился.

— Лерочка, я не знал этого, правда. Простите меня, Венцеслав, я должен был вам сказать, что учился на военной юридической кафедре. Но я думал, что вы и так это поняли. Я же говорил, что учился на юридическом…

Впервые за все время, мне стало стыдно. Вацлаву тоже.

— За что ты извиняешься, мой мальчик? — ласково спросил он, подошел и положил руку на плечо молодому человеку. — Твое образование, в результате, помогло сохранить не одну жизнь. И, неужели ты думаешь, что если ты профессионал, то я ценю твою помощь меньше?

Мда, вот этого брату говорить не стоило.

— Профессионалам платят по-другому, ваше высочество, — печально возразил молодой человек, снял руку Вацлава со своего плеча и пошел к двери.

— Милан! — окликнул я.

Он обернулся.

— Может быть, я в чем и виноват, не знаю, но Вацлава то ты за что?

— Вы были в своем праве, ваше величество, — отозвался Милан и сделал еще шаг к двери.

— Ну, вот что, — разъярился Вацлав. — Милан, если ты помнишь, однажды я спас тебе жизнь.

Милан недоуменно воззрился на него.

— Но я делал это не по наитию. Я специально изучал медицинскую магию. Все. Можешь презирать меня за это!

— За что?