Читаем Стражи границы полностью

— А что, стол для Яноша сюда прекрасно вписался. Тем более что я и Ратмир обычно сидим здесь по очереди.

— Но Янош же здесь не работает.

— А, по-моему, он неплохо справляется, — возразила Божена. — В конце концов, нам с Ратмиром давно нужен помощник.

Я посмотрел на Яноша.

— Я буду очень стараться, — пообещал молодой человек.

— Но ты же финансист!

— Ну, так что ж?

— К тому же, осенью ты собирался продолжить учебу.

— Милан тоже.

— Черт побери, Янчи, я еще король! Ох, разгоню я всю вашу шайку-лейку к чертовой матери!

— Нужно говорить «к ядрене фене», — автоматически поправил меня Янош.

— Как? — расхохотался я.

— К ядрене фене, — убитым голосом отозвался Янош. — Правда, кажется, это вульгаризм. Милан никак не заставит меня зазубрить слова, которые нельзя говорить.

— Зачем? Ты их и так прекрасно знаешь!

— Я имею в виду словарь синонимов.

— Мда. Это бы и в самом деле было бы невредно. Но где же посетители?

— Яромир, вы не забыли, сегодня вечером должны вернуться Вацлав и Милан. А вам еще нужно успеть помедитировать.

Я охнул.

— И вы еще рекомендуете мне взять его на работу? — патетически вопросил я.

— Безусловно, господин Яромир. На сегодняшний день, он единственный, кто хоть чуть-чуть справляется с вами.

— Так, уже договорились. Ладно, поехали, Янчи!..

Около восьми часов вечера ко дворцу королей Верхней Волыни подъехали три экипажа. Из первого выскочил высокий худощавый блондин с хищным профилем и голубовато-серыми глазами. Он остановился у кареты и помог сойти молодой женщине — пышной, черноволосой, черноглазой, с прекрасной фигурой и ярким румянцем. На ее фоне блондин выглядел совсем бесцветным. Из второй кареты тоже вышли мужчина и женщина. Молодой человек, чуть выше среднего роста, темноволосый, темноглазый, подтянутый, с аккуратными темными усиками и молодая женщина, чуть помоложе первой, очень похожая на нее фигурой, но с более мягкими чертами лица. Из третьей кареты вышли двое мужчин средних лет.

— Пожалуйте во дворец, господа, — гостеприимно проговорил блондин, подал руку своей даме и прошел по коридору. Немного не доходя до кабинета Яромира, он остановился и открыл дверь в просторный кабинет.

— Всеволод, мой брат у себя?

— Да, ваше высочество. Я уже послал предупредить его. Его величество ждет вас в кабинете.

Вацлав с улыбкой посмотрел на свою даму.

— Ну что, Ларочка, надеюсь, ты не думаешь, что мы с Миланом заставили подыгрывать нам всю страну?

Иллария смущенно рассмеялась.

— Разумеется, нет. Но идем, король ждет.

Милан оглянулся, чтобы подбодрить московских ученых.

— Король будет очень рад встрече, поверьте, господа. Идемте же, прошу вас.

— Позвольте, я провожу вас, — предложил Всеволод. Милан обменялся с ним понимающим взглядом. Всеволода, равно как и всех обитателей королевского дворца, снедало любопытство. А стремление Вацлава лишний раз удостоверить свою личность дало ему такой великолепный повод!..

Всеволод пошел вперед по коридору в кабинет Яромира, остальные попарно проследовали за ним.

Благодаря Яношу, Яромир сегодня освободился довольно рано. Так что у него хватило времени и на себя. В кабинете, Вацлава ждал совсем не тот человек, которого он застал два с половиной месяца назад. У этого Яромира на лице была не только синева, более того, синевы было совсем немного. Да и в глаза она не бросалась. Не то, что у молодого человека, устроившегося в удобном кресле с книжкой на коленях. У того были на удивление яркие синие глаза.

— Янош! — узнала Иллария.

Янош встал.

— Здравствуйте. Яромир, познакомьтесь, это Иллария, рядом с Миланом Валерия, а тех двух господ представит Вацлав.

Яромир рассмеялся.

— Рад видеть вас, господа. Садитесь, прошу вас. Янош, прикажи подать вина. Выпейте, господа. Потом вы, вероятно, захотите вымыть руки перед ужином? Ужин будет через час.

Янош раздал всем бокалы с вином и вышел распорядиться об ужине. Яромир с интересом принялся рассматривать дам, которые так вскружили головы его брату и секретарю его брата.

Да, хороши! Если бы Яромир не боялся бы обидеть Вацлава и Милана он, пожалуй, с удовольствием бы переспал с обеими. Жаль, все-таки, что право сеньора отменили еще до первой мировой войны. И что никому не пришло в голову возродить эту традицию. Кажется, она была обусловлена каким-то суеверием. Не то таким образом из невесты изгоняли злых духов, не то с помощью этого незамысловатого обряда, сеньор подчеркивал, что они здесь все — одна большая, шведская семья. Или это из другой оперы?

— Ларочка, позвольте я вас поцелую. Вы ведь выходите замуж за моего брата, так что считайте, что теперь я ваш старший брат.

Иллария улыбнулась.

— Рада познакомиться с вами, ваше величество.

— Меня зовут Яромир, Ларочка. Не знаю, как у вас, в Московии, но меня Вацлав не назвал так ни разу, даже на приеме. В официальной обстановке он называет меня Яромиром.

— А в неофициальной? — пробормотала Валерия.

— Лерочка, Милан мне брат по крови, так что на этом основании позвольте я вас тоже поцелую. Милан не рассказывал вам, как в Полесье Аввакум пробил ему стрелой аорту?