Я вспомнил слова доктора Мандрагоры, что, мол, сегодня будет день острый, как бритва. «Не потеряй душу», – сказал он.

Тут появился папа с девочками, и мы покатили в сторону школы, оставив за собой облако дыма.

Большая часть утра прошла спокойно. Никаких бритв. Никаких поворотных точек.

Между математикой и социологией я получил сообщение от мамы. Она попросила меня заглянуть в магазинчик «Сыры Дейва» по пути домой и прихватить кусок сыра «Мизитра» для спагетти с коричневым маслом, которые она запланировала на ужин. Она сказала, что уже позвонила в магазин и пообещала заплатить позже. Это меня обрадовало – с собой у меня был всего один доллар.

Во время ланча я взял в кафетерии поднос и положил на него буррито, завёрнутое в фольгу, картофельные шарики и пакет шоколадного молока. Глотнув молока, я завертел головой, высматривая Генри, и тут девчонка из Брайт-хауза ухватилась за мой поднос.

Стоп – с каких это пор она учится в моей школе? Я оглядел её с головы до ног.

Чёрные короткие волосы, тёмная подводка глаз, чёрное платье и чёрные ботинки. Даже помаду она выбрала чёрную.

Я определённо стоял лицом к лицу со своей соседкой.

– Отпусти, – сказал я.

Она обожгла меня взглядом.

– У тебя что, проблемы? – бросил я.

– Да. Ты.

– А ну, говорю, отпусти.

– Попробуй заставить. – Девочка улыбнулась краешками рта. Так она выглядела ещё более жутко. Ребята вокруг начали обращать на нас внимание.

Я снова потянул за поднос. Но она и не думала его отпускать.

И что мне оставалось делать? Играть в перетягивание каната? Она была ничуть не крупнее меня, так что, по моим прикидкам, я вполне мог победить, но сцена бы вышла некрасивая. И к тому же я хотел съесть свой ланч, а не сбросить его на пол.

Вокруг нас собралось не меньше тридцати ребят. Девочка снова дёрнула на себя поднос.

– Ты что, совсем обалдела? – почти рявкнул я.

– Ты что, совсем обалдела? – передразнила меня девица.

– А ну отпусти поднос!

– А ну отпусти поднос!

– Отпусти!

– Отпущу, если ты съедешь!

Я потянул поднос на себя, и она его неожиданно отпустила. Я повалился на пол, мой ланч полетел следом, причём картофельные шарики угодили мне точно в лицо и рассыпались по полу. Пакетик шоколадного молока приземлился на пряжку пояса, и молоко растеклось по штанам. Ребята ахнули, затем засмеялись.

– Ты так выглядишь, будто штаны обмочил, – заявила несносная девица, развернулась и пошла прочь. Толпа ещё немного посмеялась и постепенно разошлась.

Ко мне подбежал Генри и поднял моё буррито.

– Его ты можешь спокойно съесть, но шарикам кранты. Что случилось?

– Она, вот что случилось. – Я указал на девочку в чёрном.

– При чём тут эта готка? – удивился Генри.

– Она живёт в моём доме.

– О-о-о… Так вот что она имела в виду.

– В смысле?

– Ну, когда закричала, чтоб ты съехал. Нда… Она у тебя и дома, и в школе. Вот невезуха. Похоже, она сюда первый раз пришла. Говорят, раньше она училась в Хэдли Академи.

– Готов поспорить, что её исключили.

– Да, она злобная тварь, – согласился Генри. – Это уже смахивает на травлю.

– Заткнись, Генри. Никто меня не травит.

– Если уж тебя решила травить девочка – дело плохо…

– Да нет никакой травли!

– Ну а если да, что ты будешь делать? В смысле, с ней даже не подерёшься. Так? Ну, может, ты и сможешь подраться. Не знаю. Возможно, стоит пожаловаться. Эй, ты будешь есть буррито?

– Нам пора на урок.

– Да, но можно тогда я съем твоё буррито? Кстати, ты знаешь, что выглядишь как будто штаны обмочил?

К концу дня все в школе звали меня Шоколадные Штаны. Глупее не придумаешь. Я к тому, что уж если вы решили дразнить кого-то, будьте хоть чуточку оригинальны.

5

Я получаю бутылку

– Не расстраивайся так, – сказал Генри по пути домой. – Через несколько дней все об этом забудут.

– Тебе легко говорить.

– Ну ладно, может, через несколько месяцев. Слушай, а как насчёт рвануть на бейсбольную площадку и попинать мяч? Может, ты отвлечёшься – ну, сам понимаешь – от нового прозвища.

– Не могу. Мама велела зайти в дурацкий магазин сыров.

– Куда?

– В магазин сыров.

– А есть такой магазин? Сыров?

– Угу. «Сыры Дейва».

– И там продаётся только сыр?

– Ага.

– А можно я с тобой?

Генри зашёл к Дейву вместе со мной – это было примерно на полпути от школы к дому.

– Чёрт возьми, я миллион раз ходил мимо, – поразился Генри. – Как я его раньше не замечал?

Мы зашли внутрь, и Генри принюхался.

– Это самое офигенное место, в каком я только был. Ты только посмотри на эти потрясные сыры. Взять хотя бы этот. «Реблошон». А вот «Гонгонзола». Ну, его я знаю. С ума сойти, как здесь пахнет. Так и хочется сказать – «сыррррр»!

За прилавком стоял Дейв в белом фартуке. Чтобы припомнить, как называется сыр, который мне надо купить, мне пришлось заглянуть в телефон, но в конечном итоге я сказал Дейву, что мне нужен кусок «Мизитры».

– Да-да, для миссис Сильвер. Вот он. Последний кусок в магазине.

Дейв вытащил кусок белого сыра из стеклянной витрины и принялся заворачивать в белую бумагу. Звякнул колокольчик. У меня за спиной открылась дверь.

К прилавку подошёл пожилой мужчина с сигарой.