Читаем Странные ангелы полностью

— Я не боюсь солнечного света — это раз. Ты подстрелила меня той ночью у складов — кстати, было очень больно — и видела, что кровь у меня красная, в чем убедилась в очередной раз десять минут назад. Это два. Я могу распознать запахи твои и твоего зверюшки, спящего наверху. И что самое важное — я спас тебе жизнь. Ну что, достаточно этих примеров, или нужны еще доказательства? — Двигаясь совершенно бесшумно, он вынул стакан из слегка скрипнувшего шкафа. — Пойми, я вас обоих мог уложить на лопатки при желании. Вы просто дети по сравнению со мной.

Эй, я — не обычная дилетантка и занимаюсь охотой всю жизнь!

Правда, интересно было бы узнать, как ему удается вытворять некоторые штуки. Например, ходить по снегу, не оставляя следов. Вот бы мне так научиться!

А что, если все бредни про дампиров окажутся чистой правдой? Я покопалась в памяти, но не вспомнила ничего стоящего. Ничего, кроме пары фильмов. Вы только не думайте, что фильмы всегда врут, но более точного и содержательного источника, нежели книги, вряд ли удастся найти.

Что в действительности случилось с мамой? Я поспешила отогнать мысль подальше, в глубины сознания. Не хочется даже думать о ее смерти!

И вообще, не хочу сушить мозги над непосильной головоломкой. Слишком много всего произошло — сразу не разберешься!

Выходит, Кристоф знает об Истинном мире больше меня. Кроме того, его номер оказался в записной книжке отца — правда, без пометок о надежности абонента. Тем не менее, я с ним связалась, и, что самое удивительное, он действительно может оказаться полезным.

Мне ужасно не нравился ход собственных мыслей. Совсем не хотелось думать и о бесполезности Грейвса, хотя следует признать, он очень старался.

Так чего же мне надо? Стоит ли соглашаться, чтобы Кристоф вертелся под ногами?

А есть ли у меня выбор? Да, я держу дампира на мушке, но в душе понимаю, что пистолет остается в моих руках только потому, что Кристоф ничего не имеет против. И один вопрос не давал покоя. Если он обладает таким замечательным обонянием и может отличить мой запах от запаха Грейвса, то наверняка почуял тяжелый дух тления, оставшийся после зомби. Почему же красавчик ни словом о нем не упомянул?

Гул в голове усилился, но он заглушал звуки, которые я действительно боялась услышать: стук в окошко, тихое потрескивание пламени на широкой огненной спине и утробное рычание меченого оборотня! Не слишком ли много «впечатлений» для одной девочки-подростка?!

Что бы ни намеревался делать Кристоф, я в его власти. И потом, не сама ли я еще сегодня утром собиралась принять смерть от его руки?

— Ну и что ты решила? — спросил Кристоф, будто читая мои мысли. Он произносил слова с расстановкой, отчего создавалось впечатление, что он говорит с неким странным, не типичным ни для одного из штатов акцентом. Положа руку на сердце, скажу, я исколесила почти всю страну, но определить его не могла. — Дрю, — продолжил он, — тебе придется кому-то довериться.

Что я решила? Доверять можно только Грейвсу, хоть он чуть не свел меня с ума диким рычанием и прыжками. А вот ты, Кристоф, выдумываешь небылицы про маму.

Зачем он ее сюда приплел? Папа ни с кем о ней ни словом не обмолвился, даже в разговорах с Огастом. Он никогда не упоминал о ней. Так откуда дампиру известны подробности ее смерти?!

Да, вот еще что: я не смогу доверять тебе, Голубоглазый, пока не узнаю причины столь страстного желания помочь мне.

И все же, признаюсь, его присутствие решало многие проблемы. Кристоф профессионал в своем деле. Он сразился с меченым оборотнем и прогнал его прочь. Но самое главное, дампир может позаботиться и о себе, и о других. На душе гораздо спокойнее, если рядом находится более опытный союзник.

Разве не о таком спасителе я мечтала? И вот он сидит на кухне, источая соблазнительный аромат яблочных пирогов, и смотрит на меня честными глазами, что придает ему еще более импозантный вид. Синяк на разбитом лице больше не расплывается в стороны, и под ним просматриваются красивые черты породистого лица. К счастью, красота Кристофа не имела ничего общего ни с тупыми физиономиями накачанных мужланов, ни со слащавой приторностью, которая безошибочно свидетельствует, что девушки этого парня совсем не интересуют.

Нет, его лицо было достойно кисти художника и восхищало гармоничностью и пропорциональностью черт. Правда, подбородок слишком острый, да легкая тень во взгляде выдает пережитый опыт. Будто он знает больше, чем говорит.