Ну а ночной гость, стучавшийся в дверь? Он-то знает точно, где я живу!

Он или, может быть, оно.

Желудок скрутило спазмом. А Грейвс молча взирал на меня настороженным взглядом, словно хотел просверлить дырку во лбу. Маленькие кристаллики снега сверкали на волосах, щеки не просто раскраснелись, а горели лихорадочным румянцем. Нас обоих трясло от холода.

На Грейвсе даже шарфа не было. Для местного жителя он казался совершенно не подготовленным к холодам.

Не знаю, что делать дальше. В душе я почти согласилась взять его в попутчики, но все-таки еще раз попыталась отговорить от дурацкой затеи.

— Мой папа мертв, — принялась я убеждать Грейвса, удивляясь своему спокойному тону. Будто сообщаю о предстоящем обеде. Слова срывались с губ вместе с белым паром, тут же превращаясь в ледышки, которые с тихим стуком падали на землю. — Прости, что втянула тебя в свои дела. А теперь сделай одолжение, возвращайся домой, пока не поздно.

— Эй, до тебя так и не дошло, что у меня нет родного дома с белым заборчиком и пылающим камином? Мне некуда возвращаться. Я живу сам по себе, как и ты, и уже очень давно. — С тяжелым вздохом Грейвс пожал плечами, выглядя совсем замерзшим и несчастным. — Я запросто мог пройти мимо, когда ты сидела за столом в супермаркете, но не прошел же. Я сам влез не в свое дело и теперь связан по рукам. Так что пойдем, пока я совсем не окоченел! Если, конечно, тебе нечего больше сказать.

Отступив на шаг, я повернулась и пошла вниз по улице. Кто-то из соседей убрал снег с подъездных дорожек к дому, но большинство решило лишний раз не утруждаться. Канавы вдоль тротуаров доверху заполнены тающим снегом, счищенным с дорог снегоочистительными машинами.

Грейвс шел за мной по скрипучему снегу, но я не обращала на него внимания.

«Отлично, Дрю! Какого черта ты тащишь его с собой?! Из-за него ты можешь погибнуть, или он пропадет по твоей милости!» — думала я.

Мы дошли до конца квартала, где Грейвс нагнал меня и пошел рядом. Каюсь, я не отошла в сторону и не убежала. За все время он не произнес ни слова, а мне вдруг очень захотелось, чтобы он поговорил со мной.

Может, разговор поможет отвлечься от страшных, наводящих тоску мыслей.

Глава 17

Кафе, в котором мне не доводилось бывать раньше, оказалось переполненным. Посетители сидели, не снимая теплые зимние куртки и пальто, а от их общего дыхания запотели все витрины. Я молча разглядывала улицу за окном, Грейвс сидел напротив и вертел в руках бумажный стаканчик. Он вольготно вытянул под столом длинные ноги, и время от времени его колено касалось моего, особенно когда я начинала ерзать на стуле.

— Ну вот, — наконец-то произнесла я, когда мне надоело следить за проезжающими за окном кафетерия машинами, и отпила глоток горячего шоколада из своего стаканчика. К сожалению, шоколад успел остыть. — Давай еще раз повторим наш план. Я сейчас пойду вон к тому платному таксофону, закину монетку и наберу номер. Послушаю, кто ответит на звонок, и дальше буду действовать по обстановке. Увидишь, что я повесила трубку, вставай и иди к углу того дома. Там и встретимся. Но если я пойду вдоль дома по той стороне улицы, ни в коем случае не подходи, а садись на тридцать четвертый автобус, езжай домой и жди меня через пару часов. Если я перейду улицу, значит, никакой опасности нет и смело подходи ко мне. Понял?

В ответ Грейвс со страдальческим видом закатил глаза и кивнул головой:

— Понял я, все понял! Играем в Джеймса Бонда, так? Похоже, ты не в первый раз проделываешь подобные трюки. — Он старательно отводил от меня взгляд, пристально вглядываясь в очередь к кассе. Неожиданно Грейвс скривил лицо, будто лизнул кислый лимон. — Ну и воняет же здесь!

С недоуменным видом я пожала плечами. По мне — ничего особенного: обычная забегаловка с непомерно дорогими сортами кофе, расставленными на полках и хлипких столиках. Перед стойкой толпятся дети, выбирая напитки с нежирными соевыми сливками, без сахара и без пены. Взрослые заказывают кофе с взбитыми сливками, рассчитываются в кассе и выходят из кафе, порой даже не прекращая болтать по сотовому телефону о различных глупостях.

Им и невдомек, что рядом с реальной жизнью существует Истинный мир. Ни один из них ни разу не испытывал страха, от которого стынет в жилах кровь и волосы становятся дыбом.

— Бедняги, они ничего не знают! — произнесла я задумчиво и, отпив еще глоток остывшего шоколадного напитка, осторожно отодвинула от стола свой стул.

Спина по-прежнему ныла, при каждом движении приступы острой боли пробегали по мышцам снизу верх и обратно.