Читаем Страницы бытия полностью

Нудная «эпоха застоя» – в медицине царят протекционизм, бюрократизм, каждая свежая мысль с трудом пробивает себе дорогу на свет; в то же время – порядок, строгое планирование, уверенность в завтрашнем дне.

На смену пришла «перестройка». И началось! Каждый новый министр спешил внедрить свою новую идею, своё «детище». Лавина приказов. Написать-то приказ легко – бумага всё стерпит, но для его исполнения необходимо выделить дополнительные финансы. Об этом как-то забывали, может быть, не было средств. И все новшества лопались мыльными пузырями.

Всеобщая диспансеризация – задача была явно не по силам трещавшей по всем швам державе. Вместо всеобщей диспансеризации получилась пародия на неё, галочка для делового отчёта.

Или борьба за всеобщую трезвость! Главный врач пытается всеми способами завлечь сотрудников в общество трезвенников. Участковому терапевту вменяют в обязанность присматривать за семьями хронических алкоголиков, проводить душещипательные беседы с завсегдатаями винных отделов и пивных ларьков.

Возьмем другую идею – семейный врач. Теоретически – это оптимальный вариант всей участковой терапевтической службы. Грамотный специалист, хорошо разбирающийся во многих разделах медицины, опекает небольшое количество семей. Идиллия! Но сам по себе семейный врач не возникнет – его надо подготовить, т. е. затратить средства, установить приличный заработок, чтобы думы его были о пациентах, а не о хлебе насущном. Сейчас ставка участкового терапевта ненамного превышает ставку дворника. Вывод – о семейном враче можно всерьёз вести разговор, когда зарплата участкового терапевта приблизится хотя бы к зарплате высококвалифицированного рабочего.

Сегодняшний день готовит нам страховую медицину. Разговор о ней идёт давно. Приводятся положительные примеры из практики развитых капиталистических стран. При этом отставание нашей экономики, нашего уровня жизни не берётся во внимание. Кстати, даже США, высокоразвитая страна, всё ещё не перешла к всеобщей страховой медицине. Мы же опять решили перескочить Америку. Как бы не сесть в лужу.

Разберём упрощённую схему построения страховой медицины: между больным и врачом встает посредник – страховая компания, предприятие коммерческое, руководимое коммерсантами, пускай и с врачебными дипломами в карманах. Основная цель – побольше получить денег с предприятий и поменьше отдать медицинским учреждениям. Часть денег будет неизбежно оседать в страховой компании – на зарплату сотрудникам, которая будет, наверняка, побольше врачебной, на приобретение офисной мебели, телефонов и т. д.

Таким образом, кормить придётся не только медработников, но и эту новую группу чиновников-контролёров.

Кто-то может возразить, что страховая компания будет стремиться к улучшению качества медицинского обслуживания, образно говоря, «стоять на страже здоровья больного».

Позвольте в этом усомниться! Любой коммерсант стоит прежде всего на страже собственных интересов. И страховая компания, конечно, будет стремиться по минимуму оплачивать труд медработников.

Сделать это несложно. В работе практического врача нередко встречаются диагностически неясные больные. Для установления правильного диагноза назначаются различные анализы, обследования, консультации специалистов. Врач в своих поисках нередко назначает самые, на первый взгляд, неожиданные обследования. До сих пор в своей работе ограничений он не имел.

Теперь же, скорее всего, для него будет утверждён перечень необходимых обследований для каждого определённого заболевания. Расширение объёма обследований (а это дополнительные расходы для страховой компании) придётся всякий раз обосновывать для страхового агента. И вполне возможно, что какой-то там анализ или дополнительный рентгеновский снимок агент посчитает излишним и вычтет их стоимость из зарплаты врача. Понятное дело, что многие доктора предпочтут держаться строго в установленных рамках (Бог с ними, неясными больными!). Прибавится писанины, больных будут гонять от одного специалиста к другому, будет уйма времени затрачена на разбирательства со страховыми агентами.

Больной не выиграет ничего.

Так что рановато мы принимаемся за это дело. Сидеть бы нам ещё лет десять-пятнадцать на бюджете и не высовываться.

А если уже поздно останавливаться, если, как говорится, процесс пошёл, можно на первых порах перейти к многоукладной структуре здравоохранения. Для основной массы населения оставить пусть и бедную, но проверенную многолетней практикой бюджетную медицину. Для состоятельных людей открыть частные больницы, где они соразмерно толщине кошелька могут выбрать любое обследование или лечение. И, наконец, открыть лечебные учреждения, работающие по договорам со страховыми компаниями.

И пусть все работают. Время покажет жизнеспособность каждого направления.


Газета «Речь», 11.08.1994, Череповец

«Мысленный» экран Софроса, или Приманка для «халявщиков»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное