Читаем Страна Арманьяк полностью

Шебека поражала элегантностью, даже учитывая архаичность ее конструкции. Все-таки судно пятнадцатого века. Но все равно она имела свой непередаваемый шарм, присущий любому паруснику, даже малюсенькому ботику, несущему простой косой парус. Метров двадцать пять длиной, с довольно высоким корпусом. Выступающая усеченная корма и очень длинный, вынесенный вперед бушприт[208]. Надстройка, расположенная далеко над ахтерштевнем, и фальшборт[209] покрыты замысловатой резьбой с восточными мотивами. Три мачты: фок-мачта[210] наклонена вперед, грот-мачта[211] стоит прямо, а бизань[212] склонилась немного назад. На косых длинных реях собраны латинские паруса[213].

Красавица. У меня внезапно к этому кораблю возникла настоящая любовь с первого взгляда. Всю жизнь мечтал заиметь себе большую яхту и, выйдя на пенсию, отправиться в кругосветное путешествие. А сподобился в своей прошлой жизни всего лишь на швертботик, и то не свой, а который брал в аренду во время отпуска. И вот мечты сбылись… и даже не в базовом варианте. На пенсию я не только не вышел, но и помолодел изрядно пречудесным образом. И корабль целый заимел. Настоящий – не игрушечный. Воистину неисповедимы простым смертным дела твои, Господи.

Как же ее назвать? «Матильда»? Нет… не то. Я люблю эту женщину, но пока еще не способен назвать корабль ее именем.

– «Виктория»? «Победа»? – Провел рукой по шершавому борту и сделал вывод: – А что? «Победа» – самое то. Значит, решено – шебека станет «Победой»… Или «Бедой»… как в мультфильме. Очень знаковое название для моей красавицы. Поганить ее борта торговыми перевозками не пристало, а вот налетать, расклевывать и топить торгашей – как раз для нее… и для меня: это если честно. Можно раздухариться и вообще Америку открыть раньше Колумба… Но это уже позже. И флаг… Флаг будет красным, серпасто-молоткастым обязательно… Назло врагам!

– Обер-сержант-адмирал! Доложить о состоянии судна. – Я поднялся с трапа на палубу и направился на мостик.

– Дык в хорошем, ваша милость… – Веренвен затопал сапожищами вслед за мной. – Подныривали, значится, для осмотра. Килевание[214] ей недавно делали, пока не требуется. Корпус в приличном состоянии, течи нет. И это… запасной комплект парусов тоже есть – темных, ночных. Якорь на месте…

– Вижу сам, – сделал я невозмутимую рожу. – Как вы ее довели сюда?

– Так с Божьего произволения и провели, ваша милость. Исхитрились. Команды-то у нас только на треть экипажа получилось, но справились. Адрис подсказал, что и как… А он-то на ганзейских «купцах» всю жизнь проходил…

Я слушал Тиля вполуха, а сам жадно пожирал глазами корабль. Совсем невеликий я мореход и знаток парусных судов, но, даже обладая такими скудными знаниями, уже понимаю, что шебека предназначена как раз под то дело, которое я задумал. Узкие обводы – ширина корпуса всего метров шесть-семь (если не считать раскинувшейся выше ватерлинии широкой палубы) – дадут ей отличную скорость, а латинские косые паруса, не требуя большой команды в обслуживании, предоставят отличную маневренность. А я еще подумаю, как улучшить парусное вооружение. Дай бог только повспоминать все, что знал и видел в свое время.

Ну-ну… берегитесь, караки, дромоны, галеры, каравеллы и прочие там ганзейские когги…

– Ну, что скажете, мэтр Винченцо, про свое хозяйство? – Я приметил и окликнул ломбардца, появившегося вместе со своими помощниками из трюма.

– Четырнадцать, капитан… – Ломбардец подошел ко мне и поклонился. – Четырнадцать двухдюймовых бронзовых фальконетов. По пять с каждого борта, два ретирадных и два курсовых. Лили их в Магрибе, даже могу сказать кто. Хорошее качество. И станки новомодные – я таких еще и не видел. Гляньте сами, монсьор, очень интересная система откатных талей. Они прихватывают…

Я поднял руку, прервав ломбардца, и подошел к орудию…

Сам ствол – довольно передовой конструкции, но вполне соответствует времени. Бронзовый с цапфами, казнозарядный, но с клиновым замком, что весьма прогрессивно. Ну и все положенное. Дульный и казенный легванты[215], винград[216] и несколько ободов по стволу – они вроде как литой пушке и не нужны, но… традиция, без таких ободков нынешние пушки, сваренные из железных полос, вообще не живут. Ну и, как водится, весь ствол покрыт выпуклыми завитушками и вензелями. Делалось восточными людьми – не перепутаешь. Длина ствола – примерно метр семьдесят, калибр – миллиметров пятьдесят – пятьдесят пять. Фальконет как фальконет… ничего особенного. Или это уже фалькон? Ладно, что есть, то и есть. Тут я уже ничего к нему не прибавлю, а новые пушки лить пока смысла не вижу. Это надо литейку устраивать, а мне через месяц на службу.