Читаем Страх перед страхом полностью

А на самом краю крыши, с сигаретой в руке, сидел совсем юный парень, которого она сразу узнала по фотографии. Когда Дуня ехала сюда в такси, она детально изучила его лицо на снимке. Ничем не примечательное лицо – таких сотни. Широковатые скулы, довольно большие светлые глаза, неуверенная улыбка.

Парень медленно встал, глядя, как Дуня отряхивает юбку.

– Привет, – неуверенно сказала она, переминаясь с ноги на ногу.

Пол, хотя и тщательно подметенный, все-таки не был идеальным, и кирпичная крошка колола ей ступни сквозь разодранные чулки. Она по-прежнему была босиком, но при этом делала вид, что все в порядке. Парень мельком глянул на ее ноги и тут же снова уставился на лицо.

– Можно в гости? – спросила она, продолжая приветливо улыбаться. Собственно, это была не улыбка, а намек на нее – Дуня не хотела выглядеть, как полная дурочка.

– Ну… Да… – неуверенно проговорил он.

Девушка заметила про себя, что парень явно чем-то напуган. Но чего ему было бояться – ведь она пришла сюда одна… А он все-таки был сильнее – плечи у него казались довольно широкими.

– Я зашла к твоей маме, а она сказала, что ты наверху, – пояснила Дуня, делая несколько шагов и перевешиваясь через каменный парапет. То, что она увидела внизу, напугало ее до тошноты. Там был двор-колодец, утонувший в гнилой тени, неожиданно глубокий и далекий. Она отшатнулась и почувствовала, что кровь отливает от щек.

– А, мама, – пробормотал парень. Он явно испытал облегчение, когда она произнесла эти слова. – А вы… Ты…

Дуня поспешно представилась, и он наконец ее вспомнил. Хотя нельзя было сказать, что Василий обрадовался, встретив старую институтскую знакомую, – он просто стал вести себя немного раскованнее.

– Ты что здесь делаешь? – спросила она, озираясь по сторонам. – Неужели спишь?!

– Я, в общем, тут живу… Когда тепло, – пояснил он.

И добавил, что вообще-то он живет на седьмом этаже, но там коммуналка, а он вдвоем с мамой в одной комнате. Так что, когда хочется уединиться – он всегда находится тут.

Василий говорил все это чуть шутливым тоном, будто прося снисхождения к своим экстравагантным привычкам. Однако в то же время он не переставал пристально разглядывать Дуню, будто соображал – что же привело сюда эту нарядную девушку, чья внешность и одежда так не вязались с окружающей обстановкой. Та деланно рассмеялась:

– Что тебе сказать! Завидую! Я и сама устала от родаков. Иногда не то что на крышу – на антенну от них залезешь! А в общем, я пришла по делу.

И она изложила ему свою легенду – ту же самую, которую рассказывала Светке. Парень выслушал ее с таким видом, будто она сообщила ему какие-то бредовые планы, и даже не дал договорить:

– Да ладно тебе, я же давно не учусь!

– Но ты учился с нами на одном курсе!

– И кому из вас я нужен? – мрачно спросил он, обводя рукой крышу и открывавшиеся за нею дали. – У меня своя жизнь, у вас – своя.

– С этим никто не спорит, – вежливо согласилась Дуня. – Но все-таки мне нужно, чтобы ты поучаствовал в нашем проекте.

– Зачем?

– Такая уж у нас задумка, – пояснила она, не вдаваясь в подробности.

Василий явно не вдохновился. Он закурил другую сигарету – окурок от предыдущей он небрежно отправил вниз, во двор. Подошел к Дуне, присел на тюфяк. Вид у него был озадаченный – было ясно, что он ожидал каких угодно гостей, но уж никак не из числа бывших сокурсников. И наконец парень заявил:

– Я бы поучаствовал, если бы это было кому-то нужно… А так – не хочется.

– Но все-таки подумай! – настаивала Дуня.

Она уже успела убедиться, что он настроен не агрессивно, и решилась присесть с ним рядом. Василий не возражал – он даже немного подвинулся, давая ей место.

– Ты пойми, – втолковывала ему девушка. – Что бы с нами ни происходило, как бы мы ни жили, но учились-то все вместе… В этом весь смысл. И я хочу, чтобы в альбоме были все наши рожи. Понимаешь?

Он неохотно кивнул:

– Ну понимаю. Тебе что – фотка нужна? Так ты спустить к маме, попроси у нее. Она даст.

Дуня молча кивнула. Она уже успела приобрести опыт просмотра семейных фотоальбомов и думала, что ей без труда удастся стащить какой-нибудь приличный снимок Петра.

– А чем ты занимаешься? – спросила Дуня, доставая сигареты.

Она не могла уйти отсюда, не прояснив до конца – являлась ли сюда Нелли, известно ли что-то о ней этому парню, который больше походил на инфантильного подростка. Дуня доверяла своему чутью – опасностью от него не пахло… Но все-таки уйти так просто она не могла. Другого повода явиться сюда у нее просто не было.

– Ничем, – вяло ответил он. – Когда бросил институт, устроился в другой… Потом и его кинул. Работал… Тусовался с разными там… Потом вот сюда забрался.

– Ступеньки ты подпилил? – поинтересовалась девушка.

– Ага. Чтобы всякие ублюдки не лазили. Понимаешь, – оживился парень, – сейчас ни в подвалах, ни на чердаках от бомжей не продохнешь. А это место они отыскать не успели. А если бы нашли – как их отсюда выкурить? Они знаешь как держатся за такие уголки! Ну я и подпилил ступени, а которые так просто поснимал… Устроил себе лежанку. Мать всегда знает, где я.

– И не возражает?