Читаем Страх полностью

Музыка вырубилась, машины встали и заглохли, степняки завыли и заскулили, схватившись за головы. Вот и Черта. Радость почувствовал в голове рой жутких предчувствий, замелькали перед глазами образы каких-то потерь и катастроф. Захотелось вжаться в спинку кресла и не двигаться. Встряхнулся, величественно вышел из джипа, прошел вперед, воссиял огнем и воздел руки к небу, запел звонко, подходящие вроде слова из джедайской песни — Неба утреннего Стяг! В жизни важен Первый Шаг! Вдруг полегчало, увидел, как загорелся экранчик его телефона, нашедшего связь, значит поле снято. Шагнул широко вперед и обернувшись к кочевникам поднял вверх палку, проорав что-то на ихнем. Машины вдарили по газам, дикари выпучив в бесстрашии глаза, трясясь от страха рванули к Черте, обливаясь холодным потом. И прошли.

Цепь из джипов неслась к горам на белые стены «Сфинкса», Радость еле успел вскочить в грузовик с пехотой. С пятисот метров зенитки начали сверлить эти стены настойчивыми очередями. С трехсот метров гранатометчики подорвали хитрые будки охраны, электрощитки, кабельные шкафы (Радуга показал им заранее). Спешившиеся снайперы выцеливали в окнах вооруженных охранников и всех, кто был похож на начальство. Выкатившись прямо к стенам десяток машин с пулеметами взялись заливать огнем окна первого этажа. Под прикрытием этого плотного свинцового дождя, пехота прыгала из грузовиков и построившись быстро в кучки по 20–30 человек ломанулась внутрь через разбитые окна и двери.

Охрана, застигнутая врасплох, понесла критические, видимо, потери в первые минуты — очнувшись бойцы DP теперь были способны только на очаговое сопротивление. Где-то в глубине базы стала слышна плотная стрельба — бой шел в коридорах и на лестницах. Радость сказал пулеметчикам перенести огонь на второй этаж, а зенитчикам на третий и на крышу. Белоснежный купол над фасадом рухнул, местами сыпалась крыша, обвалились колонны на крыльце, уронив плоский лаконичный голубой козырек. Из левого крыла пер черный дым, стены лизали живые языки пламени — хорошо, что не горит правое.

Бандит с Кобры запрыгнул туда тоже через окно и прошел в большой зал. Дикари мутузили охранников и сотрудников кривыми своими палками — до чего же ловкие штуки в умелых руках, ими можно было и метко бить по голове, и душить, и заламывать руки, и выдергивать ребра. Позвонил Ворону, тот звал к себе «этажом выше и вправо по коридору». На лестнице чуть не словил пулю — охранник засел на пролете и разряжал пистолет-пулемет во всех, кто пер снизу. Попросил у обшаривавшего рядом шкаф товарища гранату, бросил, и пошел вверх по замызганным кровавым ступенькам, мимо лежавшего несчастного секьюрити, в бывшей белой рубашке, при галстуке… Лучше бы пулеметы поставили на вышках или вовсе волков наняли, — думал Радуга, сочувствуя переоценившим силу и мощь прогресса бойцам Dream And Play, — все-таки нельзя же так на Васту и без пулеметов.

Шел по коридору мимо одинаковых дверей, многие уже были выворочены, в кабинетах шел веселый разбой, на полу охали истекая кровью сотрудники. Позвонил вдруг Пума, Радость его слишком уважал, чтобы сбросить звонок:

— Привет, я занят децл.

— Я тут совсем рядом оказался в Арании нечаянно. Ты сейчас там, где хотел? Тебе долго еще?

— Ну пару часов, а что? Хочешь присоединиться?

— Не то чтоб присоединиться, но поучаствовать, — хохотнул Пума, — хочу бабла срубить — спасти базу для Лесли хотя бы частично. Выбить тебя оттуда в общем.

— Ну давай, через пару часов, подваливай, — Радуга нашел нужную дверь, вошел, похлопав по плечу Ворона, — что-нибудь еще останется.

Радость выгнал прочь из комнаты степняков и уселся вместе с Вороном перед компом. В это время звонок по скайпу разорвал покой Джонсона Уоллоса, мирно смотревшего на роскошных купальщиц в своем бассейне на Флорине. Говорил Лесли:

— Старик, выручай, у меня ЧП на Васту! Дикари ворвались на базу «Сфинкс»! Пришли миротворцев!

— Лесли, дорогой, ну ты же знаешь, они ж мне не подчинены. Это ж к Гилацу. Я никак, тем более если быстро.

— Джонсон, я Волопаса прощу! Дай миротворцев, хотя бы взвод спецназа с вертушками. Там хана.

— Да никак я. Прости.

Уоллос посмотрел, как, ругаясь, Джефферсон ушел со связи. Выждал, просмотрев пятиминутный клип сексуальной певички с Ориона, набрал вызов:

— Лесли, прости, я с миротворцами не могу вот так, раз и бросил в бой по коммерческому запросу. Я нашел вариант. У меня там рядом в Арании есть лев сейчас с командой. Он вроде свободен этим вечером. Давай, я его попрошу. Он сделает. Ему пару часов надо только, чтоб долететь.

— Попроси, Джонсон! Пожалуйста. Я заплачу вдвое.