Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

пас. Ну и совсем небольшая прослойка истинно гражданских людей, но все

равно работающих на флот и неразрывно с ним связанных. Ловить здесь

в принципе некого. Увольнений у матросов не было, нет и никогда не бу-

дет. Идти некуда. Из всех чудес цивилизации один Дом офицеров и магази-

ны. В ДОФ матросов и так водят по воскресеньям на всевозможные культ-

массовые отрыжки периода военного коммунизма и рекомендованные ки-

нофильмы. А уж после технической революции, принесшей народу такое

чудо, как видеомагнитофон, походы в кино стали для моряков не удоволь-

ствием, а наказанием. Полчаса переться по сопкам в любую погоду. Сомни-

тельный отдых. Куда лучше сидеть в кубрике или кают-компании в тапоч-

ках и с кружкой чая.

Одним словом, отпущенные в увольнение военнослужащие как кате-

гория добычи отпадают начисто. Тем не менее матроса в поселке можно

встретить на каждом углу. И нечему удивляться. Власть-то в городе воен-

ная. Централизованная. Единоначалие, как никак. Улицы убирают матро-

сы. По штату есть, конечно, и дворники, но ими на удивление оформлены

почему-то жены местных флотоводцев. Те, которые давно забыли даже, что

есть такое слово – «метла». Зато есть муж с золотыми «паучиными» погона-

ми. У него целая дивизия, а то и флотилия в подчинении. Выскоблят до бле-

ска. А дворник лишь деньги «на шпильки» получит. Поэтому каждую суббо-

ту парко-хозяйственный день по уборке поселка. Или субботник. Как фан-

тазия у начальников сработает. У всех экипажей нарезаны участки около

домов. Мети – не хочу.

В магазинах-военторгах работают матросы. Телефонисты – матросы.

Сантехники – матросы. Шоферы – матросы. Заступил в патруль. Идешь.

Навстречу два «бойца». Чумазые, ватники грязные, рваные, пилотки на за-

тылках, ремни висят на мужском достоинстве, сапоги как со свалки подо-

бранные. Несут трубу. Останавливаешь. Документов нет. Про внешний вид

и говорить нечего. Будь дело в большом городе, ехать этим морякам с завер-

нутыми руками в комендатуру. Здесь толку нет. И матросам тоже все по ба-

рабану. Ну отведешь их. Ну посадят в камеру временно задержанных. Так

ведь через полчаса и отпустят. У кого-то дерьмом квартиру заливать начнет,

а труба и ремонтники в камере. Резона никакого. Да и планов никаких ни-

кто не дает. Только названивай каждый час дежурному по гарнизону и со-

общай, что с тобой все в порядке. Особо хорошо тем счастливцам, у кого те-

лефон дома есть. Посадил патрульных перед телевизором и занимайся сво-

ими делами, периодически выходя на улицу показаться прохожим.

Так что основная задача патруля в отдаленном гарнизоне – быть! По-

ложено по уставу – значит, должно быть! И будет! Клянусь собственным

здоровьем, но я видел целых два патруля на точке, где жило чуть более ста

человек, из которых треть была семьи офицеров. Два офицера и четы-

ре матроса! На город из одной казармы и трех панельных домов. Каково?

Положено!

Вторая задача северного патруля – миротворческая. То пьяные мичма-

ны морды друг другу ровнять начнут, то жена поддатого подводника мужа

на ночь в камеру сдать пожелает. Мало ли что случится? А в последние годы

даже образовался отдельный пост в местном гнезде пьянства и развра-

та «Офицерском собрании». Со времени открытия сидит бедный патруль

84

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

и ждет, когда развеселившиеся военные из-за женщин ссориться начнут.

Или просто от скуки молодые офицеры последнего разлива кулаки разми-

нать станут. Они, молодые, нынче те еще орлы. По разговору послушаешь:

то ли рэпер, то ли зек, то ли наркоман. Вот и выходит, что северный патруль

все больше по офицерам и мичманам специализируется. Матросы – это

второстепенно. Приехали по сигналу, скрутили, отвезли. Постоянным от-

ловом и не пахнет.

Другое дело бытовые ситуации. До последнего времени милиция у нас

была малочисленна и играла в поселке чисто декоративную роль. Лично мне

приходилось вместе с патрульными матросами снимать поддатого кавто-

ранга с женщины, которая подняла своими криками полдома, и к тому же

оказалась женой лучшего друга этого самого кавторанга. Муж ушел в море,

а офицеру под алкогольными парами померещилось, что жена товарища

как-то призывно на него глянула в последнюю встречу. Принял еще один

лишний стакан для куража и в гости, а там без промедления – в атаку. У вер-

ной жены мыслей об измене и в помине не было. Она, естественно, сопро-

тивляться. Но как говорил Соболев, «один матрос –взвод, два матроса –

рота…». Против такого напора бедная женщина не совладала и дала волю

голосу. Мы прибыли в тот момент, когда обнаженный ниже пояса кавто-

ранг при галстуке и погонах пытался возложить свое могучее тело на уже

полностью обнаженную женщину. Вокруг валялись растерзанные в кло-

чья детали ее туалета. Мои патрульные моряки с нескрываемым удоволь-

ствием совершили акт правосудия над зарвавшимся старшим офицером

и даже пытались вывести его в таком виде на улицу, чему я едва успел по-

мешать. Женщину, кстати, очень даже симпатичную, я закутал в просты-

ню и минут двадцать отпаивал валерьянкой на кухне, пока не приехал ко-