Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

Хочется крикнуть «ура!». Правда, вместо этого делается очень недоволь-

ное, озабоченное лицо. Что-то вроде банального лимона во рту. Весь твой вид

выражает неподдельную вселенскую тревогу за воинскую дисциплину в гло-

бальном масштабе. Недовольно покачивая головой, угрюмо спрашиваешь:

– Ну и кто же вас, матрос Безвинный, в таком виде в город выпустил?

Давайте-ка документы и увольнительную. Полюбопытствуем, откуда вы

такой.

Матрос протягивает документы, одновременно ерзая всеми частями

тела, пытаясь в очередной раз поправить незамеченные огрехи в форме

одежды. Ты берешь документы и молча, долго-долго их рассматриваешь.

Листаешь все страницы по нескольку раз и, главное, делаешь это, не под-

нимая глаз на бедного матроса. Чем дольше занимаешься документами,

тем яснее матрос понимает неизбежность полного краха планов на уволь-

нение. Выждав, медленно-медленно поднимаешь глаза, попутно осматри-

вая моряка с ног до головы. Лицо должно стать еще более суровым и бес-

пристрастным.

– Да… Так кто, вы говорите, вас в город отпускал? Отвечайте, товарищ

матрос, когда вас начальник патруля спрашивает!

Моряк начинает оправдываться, при этом абсолютно не понимая,

за что:

– Старшина команды мичман Многомудров… Замечаний не было… Он

все проверил… Носовой платок… Бляха…

Ухватываешься за тему.

– Да, бляху вы точно чистить не умеете.

Моряк по инерции начинает тереть рукавом и без того сияющую

бляху.

– Да и брюки у вас, по-моему, коротковаты…

Моряк бросает бляху и начинает оттягивать брюки вниз. Пора в атаку.

82

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

– Прекратите паясничать, товарищ матрос!!! А ну подтяните брюки

на место! Вы что, не знаете, что ремень должен не висеть на бедрах, а быть

утянут выше бедренных костей?!

При этом можно с чистой совестью схватить моряка за ремень и под-

тянуть его штаны на максимально возможную высоту, вплоть до подмышек.

Будьте уверены: любые брюки станут сразу коротки. Хотя, откровенно го-

воря, я до сих пор так и не знаю, в каком военном документе регламенти-

руются брюки на костях. Но так работали комендантские профессионалы,

и нам не оставалось ничего другого, как повторять их приемы. Ситуацию

можно было варьировать как угодно: грязный носовой платок, металли-

ческая вставка в бескозырку для придания формы, выгнутые не на долж-

ный угол бляха и «краб», шнурки неполной длины, подписка, подстрижка,

неглажка, небрит, немыт, тельник грязен или тельник застиран, ленточки

на бескозырке мятые, короткие или наоборот очень длинные, форма уши-

та или мешковата и позорит гордый вид советского моряка. Главное –

наличие фантазии и нежелание лично самому посетить гауптвахту в ка-

честве клиента. По сути, весь спектакль – внутреннее самооправдание

того, что делаешь мерзость по отношению к парню, который, может, со-

всем редко вырывается подышать вольным воздухом. Но эмоции в сторо-

ну! Ты на работе! Сегодня ты обязан заполнить листок десятью фамилия-

ми с номерами воинских частей и сдать их вечером в комендатуру. Чтобы

потом их рассортировали и отправили по частям, где за это матросы полу-

чат по полной дисциплинарной схеме, а скорее всего, лишатся ближайше-

го увольнения. Система.

Конечно, можно попытаться вписывать вымышленные фамилии, но за-

нятие это нецелесообразное, поймают и вдуют. Можно привести в комен-

датуру одного-двух пьяных «мареманов», тогда никто не поглядит на пустой

листок, но пьяные не на каждом маршруте валяются. Вот и совершенству-

ешь актерское мастерство. Доводишь до совершенства.

После занесения фамилии обалдевшего и скулящего матроса в свой

«черный» список можно поиграть и в демократа. Строго, но с доброй и неж-

ной душой. Отдавая документы, сделай сострадательное лицо и участливо

спроси:

– В город-то редко выходишь, разгильдяй?

Ответ предсказуем до тысячных. Редко, все в море, вахта… Вздыхаешь.

Можно для полноты картины минутку задумчиво покусать губу. Потом ре-

шительно машешь рукой.

– Ладно! Задерживать я тебя не буду! Но, не дай бог, попадешься кому-

нибудь! Другие не такие добрые. Ступай! Не забудь доложить старшине о за-

мечаниях. Дай-ка, я тебе на увольнительной автограф оставлю…

Расписываешься, козыряешь, и ваши дороги расходятся. Матрос ухо-

дит счастливый, что легко отделался и избежал топанья по двору коменда-

туры. Правда, не совсем понимая, за что же его останавливали. Но радость

от освобождения захватывает, и он мчится вперед, до следующего патруля.

А их в Севастополе много… Ты же двигаешься дальше в поисках новой до-

бычи. Выполнять план. Суточный наряд. Рутина. В следующие выходные ты

и сам будешь озираться в поисках опасности. Таковы правила игры.

Оставим в покое парадную столицу королевского Черноморского флота.

Там были свои нравы, неповторимые и уже канувшие в Лету благодаря су-

веренности Украины и всему нынешнему безобразию. Перенесемся в даль-

83

П. Ефремов. Стоп дуть!

ний полярный гарнизон. Маленький и обособленный, где гражданское насе-

ление составляют жены военных, их дети и сами военные, уволенные в за-