Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

шло так быстро, что толком никто из пассажиров испугаться так и не успел,

и поэтому, когда они вылезли на землю из открывшегося люка, все радостно

улыбались до тех пор, пока не оказались окруженными тучей вооруженных

негров с лицами, выражающими отнюдь не радостные чувства от встречи,

а, скорее, какое-то с трудом скрываемое плотоядное желание.

Таким макаром отставной офицер флота Олег Гончаров оказался

то ли в плену, то ли в рабстве у одной из многочисленных сомалийских

национально-освободительных армий, число бойцов которой ограничива-

лось парой сотен, и по своему укладу она была больше похожа на пиратское

береговое братство. «Армия» эта отличалась от всех других промышлявших

в окрестной территории тем, что имела в своем распоряжении кроме обык-

новенных моторных лодок несколько довольно мощных катеров и даже одну

небольшую комфортабельную океанскую яхту, видимо, просто отобранную

у хозяев. О судьбе самих хозяев яхты оставалось только догадываться. Вер-

ховодил всем этим воинством двухметрового роста негр по имени Омар, об-

вешанный оружием, как новогодняя елка игрушками. Особенно поразило

Олега, что самым любимым орудием Омара оказался натуральный маузер

времен Гражданской войны, с которым тот не расставался никогда, и кото-

рый постоянно висел у него на боку в деревянной кобуре. Когда пленников

рассортировали, оказалось, что французов и американцев поровну, по четы-

ре человека. Еще присутствовали два голландца, два пилота украинца и один

русский, то есть сам Олег. Всех, кроме пилотов и Олега, сразу куда-то уве-

ли, чтобы, как оказалось потом, потребовать за них выкуп. Больше Олег их

не видел. Пилотов через час тоже увели. Самолет бойцы Омара не подбива-

ли, а только воспользовались подвернувшейся оказией, чтобы пленить пасса-

жиров. Главарь же предпочел совершить акт «доброй воли» и самостоятель-

но вернул пилотов представителям компании. Олега вытащили из хижины

через час. Омар, восседавший в неизвестно откуда взявшемся здесь шикар-

ном кожаном офисном кресле, внимательно листал серпасто-молоткастый

паспорт Гончарова и рассматривал чудом сохранившиеся фотографии, ле-

жавшие в нем. После всего, что Олег испытал за последнее время, он был го-

тов ко всему, но жизнь и тут в очередной раз заставила его изумиться. Омар,

543

П. Ефремов. Стоп дуть!

оторвав глаза от его документов, неожиданно разразился тирадой на чистей-

шем русском языке:

– Ну, здравствуй, бл…, раздолбай, ё… твою… сука…

Остальную и большую часть фразы составляла виртуозная матерная

интерпретация, которую атаман чернокожих революционеров выдал очень

смачно и практически без акцента. Справедливости ради надо заметить, что

в остальном Омар изъяснялся не так уверенно, но все же понятно, а вот ма-

терился он просто мастерски. Как позже выяснилось, по профессии лидер

«армии» врач-отоларинголог, которого предыдущая власть отправила учить-

ся в Советский Союз, где он добросовестно окончил институт в Симферо-

поле и даже долго стажировался в Симферопольской областной больнице

им. Семашко, поправляя крымским жителям искривленные носовые пере-

городки и удаляя аденоиды. Он успел вернуться на родину до очередного пе-

реворота, когда всех учившихся в Союзе новая власть просто вырезала под

корень, и бежал, организовав свой личный «народный фронт», с которым

уже многие годы занимался банальным грабежом и войнами с конкурентами

и с очередными государственными властями. Олегу после приветствия гла-

варя сразу развязали руки, усадили и по старой русской африканской тра-

диции предложили «чарку» из кокосового ореха с каким-то местным пой-

лом. Совершенно гадкий на вкус напиток оказался абсолютно убийственным

по воздействию на организм, и Гончаров окосел сразу и крепко. Последнее,

что он помнил, перед тем как уткнуться носом в песок, была его фотография

в офицерской форме, которой Омар крутил перед его носом и силился ска-

зать что-то умное на русском языке.

Проснулся Олег уже не просто пленником, а пленным механиком-рабом

той самой яхты, которая покачивалась метрах в ста от берега. Омар, впечат-

ленный увиденной фотографией бравого советского военно-морского офи-

цера на фоне могучих подводных крейсеров, принял волевое решение взять

этого спеца себе на службу, естественно, не принимая во внимание жела-

ния самого Олега. Доставив того на борт яхты на моторке, Омар вполне по-

нятно объяснил, кто теперь Олег, и еще более доходчиво пояснил, что будет,

если он откажется или вздумает бежать. Для этого он еще минут десять мате-

рился, размахивая перед носом Олега доисторическим маузером, при этом

весело улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба. Потом Олегу

выдали капитанскую форму бывшего хозяина яхты, которую еще не успе-

ли испортить, заставили переодеться, и с этого момента начался новый этап

в жизни Гончарова.

Боевые негры неграми и оставались, а потому яхта оказалась засран-

ной от кормы до носа всем чем возможно: начиная от рыбных остатков и за-

канчивая просто грязными тряпками и даже человеческим калом. Понимая,

что за его отказом сразу последует неминуемый расстрел, Олег решил вре-