Читаем Столпы Земли полностью

— Я назначу новый капитул каноников, — заявил Уолеран.

Уильям был озадачен не меньше отца, но сейчас он начинал понимать ход мыслей епископа: построив в Ширинге собор, Уолеран намеревался лично управлять им.

— А деньги? — продолжал задавать вопросы отец. — Если не Кингсбриджский монастырь, то кто станет платить за новый собор?

— Как я понимаю, большая часть монастырской собственности как раз и была дана Кингсбриджу на постройку собора. Если собор перейдет в другое место, за ним последует и собственность. Например, когда король Стефан разделил графство Ширинг, как нам прекрасно известно, горные пастбища он отдал монастырю для того, чтобы оказать финансовую поддержку при строительстве нового собора. Если бы сказали ему, что новый собор будет строить кто-то другой, он, естественно, отписал бы эти земли в пользу нового строителя. Конечно, монахи стали бы возмущаться, но тщательная проверка грамот живо уладила бы это дело.

Картина окончательно прояснилась. Уолеран намеревался не только взять в свои руки контроль над собором, но и оттяпать львиную долю монастырского богатства.

— Для тебя это очень выгодная затея, епископ, — задумчиво проговорил отец, — а я-то что буду иметь?

Вместо Уолерана на этот вопрос ответила мать.

— Разве не понимаешь? — вспылила она. — Ты владеешь Ширингом. Подумай только, какое богатство потечет в город вместе с собором. Сотни ремесленников и работников будут многие годы строить эту церковь. Всем им надо где-то жить, а значит, платить тебе налоги и покупать еду и одежду на твоем рынке. А потом понаедут священники, чтобы служить службы в соборе, да богомольны, которые на Пасху и на Троицу будут собираться теперь не в Кингсбридже, а в Ширинге, да еще паломники к святым мощам… И всем им придется тратить денежки. — Ее глаза жадно заблестели. Давно уже не видел Уильям свою мать в таком возбуждении. — Если мы все сделаем как надо, мы превратим Ширинг в один из самых влиятельных городов королевства!

«И все это будет мое! — подумал Уильям. — Ведь когда отец умрет, я стану графом».

— Ну хорошо, — сказал отец. — Это уничтожит Филипа и даст тебе власть, а мне богатство. Но как все это осуществить?

— Теоретически решение о перенесении места кафедрального собора принимается архиепископом Кентерберийским.

— Почему теоретически? — встрепенулась мать.

— Потому что сейчас у нас нет архиепископа. Уильям Корбельский умер на Рождество, и король Стефан еще не назначил его преемника. Однако нам известно, кто скорее всего получит эту должность: наш старый приятель Генри Винчестерский. Он спит и видит, как бы занять место архиепископа; к тому же папа уже поручил ему временно исполнять обязанности главы католической церкви королевства, а его брат — король.

— Такой ли уж он приятель? — усомнился отец. — Не больно-то он тебе помог, когда ты пытался заграбастать графство.

Уолеран пожал плечами:

— Если сможет, поможет. Нам же необходимо придумать убедительные доводы.

— Сейчас, когда он надеется стать архиепископом, он не захочет наживать себе могущественных врагов, — возразила мать.

— Это верно. Но Филип не настолько влиятелен, чтобы принимать его во внимание. При избрании архиепископа с ним едва ли будут советоваться.

— Тогда почему бы Генри просто не дать нам то, что мы хотим? — спросил Уильям.

— Потому что он еще не архиепископ. Пока еще. И он знает, что люди внимательно следят за тем, как он поступает, исполняя возложенные на него временные обязанности. Генри нужно, чтобы все видели, что он принимает праведные решения, а не раздает милости своим дружкам. На это у него будет достаточно времени после выборов.

— Таким образом, — задумчиво проговорила мать, — самое большее, о чем мы можем сейчас говорить, это о том, что он согласится благосклонно выслушать наши доводы. Каковы же они?

— Нам надо убедить его, что Филип не может построить собор, а мы можем.

— И как же мы это сделаем?

— Вы в последнее время были в Кингсбридже?

— Нет.

— Я там был на Пасху. — Уолеран улыбнулся. — Строительство еще не начато. Все, что им удалось сделать, это расчистить кусок земли да разметить воткнутыми палками и веревками, где они будут возводить стены. Правда, уже начали рыть котлован под фундамент, но он пока всего несколько футов глубиной. Там работает только какой-то каменщик со своим подмастерьем, да монастырский плотник, да время от времени им помогают один-два монаха. В общем, картина весьма удручающая, особенно когда идет дождь. Хотел бы я, чтобы на нее полюбовался епископ Генри.

Мать понимающе закивала. Уильям признавал, что план хорош, несмотря на то что сама мысль о сотрудничестве с такой тварью, как Уолеран Бигод, была ему отвратительна.

Епископ между тем продолжал:

— Мы заранее расскажем Генри о том, что Кингсбридж — это самое настоящее захолустье и что тамошний монастырь крайне беден, затем покажем ему строительную площадку с несколькими мелкими ямами, на рытье которых ушло больше года, а потом повезем его в Ширинг и распишем, как быстро мы могли бы построить там собор, если в этом проекте объединят всю свою энергию и епископ, и граф, и жители города.