Читаем Столпы Земли полностью

Ничто не указывало на присутствие епископа. Филип проскакал через двор, пересек еще один мост и очутился в верхней территории замка. Здесь был массивный каменный дворец с ненадежной на вид лестницей, ведущей на второй этаж. Филип взглянул на грозную стену с маленькими узкими окнами: как ни крепка она была, а защитить графа Бартоломео не смогла.

Поскольку из окон дворца открывался вид поверх крепостных стен на окрестности замка, из них можно будет наблюдать за приближением епископа. Приор привязал лошадь к перилам лестницы и поднялся наверх.

Он толкнул дверь и вошел. В большом зале было темно и пыльно, на полу валялся сухой тростник. Филип увидел давно остывший очаг и ведущую наверх винтовую лестницу. Он подошел к окну и от попавшей в нос пыли чихнул. Из окна почти ничего не было видно. Он решил подняться на верхний этаж.

Взойдя по спиральной лестнице, он очутился перед двумя дверями. Догадавшись, что маленькая дверь вела в отхожее место, а большая — в покои графа, он вошел в большую.

Комната не была пустой.

Изумленный, Филип остановился как вкопанный. Посредине комнаты, лицом к нему, стояла девушка, поражавшая своей красотой. На мгновение ему показалось, что он грезит, и его сердце учащенно забилось. Ее очаровательное лицо утопало в облаке темных кудрей. Она посмотрела на него своими большими черными глазами, и он понял, что она была взволнована не меньше его. Облегченно вздохнув, Филип собрался было сделать еще шаг, но тут кто-то схватил его сзади, и он почувствовал, как к его горлу прикоснулось холодное лезвие длинного ножа, а мужской голос произнес:

— Кто, черт побери, ты такой?

Девушка подошла поближе.

— Назови свое имя, или Мэттью убьет тебя, — царственным тоном сказала она.

Ее манеры выдавали ее благородное происхождение, но даже аристократам непозволительно угрожать монахам.

— Вели Мэттью убрать руки от приора Кингсбриджа, а не то ему будет худо, — спокойно проговорил Филип.

Мэттью отпустил его. Оглянувшись через плечо, Филип увидел хлипкого мужчину примерно его возраста, который, вероятно, прятался за другой дверью.

Приор снова повернулся к девушке. На вид ей было лет семнадцать. Несмотря на свои величественные манеры, одета она была весьма убого. Пока он рассматривал ее, крышка стоявшего возле стены сундука распахнулась, и из него вылез застенчивый подросток. В руке он держал меч. Филип не мог понять, то ли он лежал в засаде, то ли просто прятался.

— Ну а вы кто такие? — поинтересовался Филип.

— Я дочь графа Ширинга. Меня зовут Алина.

«Дочь! — мелькнуло в голове Филипа. — Вот уж не знал, что она все еще живет здесь». Он посмотрел на мальчика. Ему было лет около пятнадцати, и он был очень похож на Алину, только волосы острижены и нос курносый. Филип вопросительно поднял бровь.

— Я Ричард, наследник графского титула, — ломающимся юношеским голосом представился подросток.

— А я Мэттью, управляющий замка, — заговорил стоявший за спиной приора человек.

Филип догадался, что все трое скрывались здесь с тех самых пор, как был схвачен граф Бартоломео. Управляющий заботился о детях: должно быть, у него были где-то в замке съестные припасы или припрятанные деньги. Филип обратился к девушке:

— Где ваш отец, я знаю, а где ваша мать?

— Она умерла много лет назад.

Внезапно Филип почувствовал угрызения совести. По существу, дети остались круглыми сиротами, и до некоторой степени это было делом его рук.

— Но разве у вас нет родственников, которые смогли бы присмотреть за вами?

— Пока не вернется отец, я должна следить за порядком в замке, — заявила Алина.

«Да они живут в царстве грез», — понял Филип. Она пыталась вести себя так, словно до сих пор принадлежала к богатой и могущественной семье. С посаженным в темницу и обесчещенным отцом она становилась обыкновенной, заурядной девчонкой, а ее брату даже нечего было наследовать. Граф Бартоломео никогда не вернется в этот замок, если только король не решит повесить его здесь. Филип жалел девушку, но в то же время его восхищала ее сила воли, которая питала ее фантазию и заставляла верить в нее еще двух человек. «Из нее вполне вышла бы королева», — подумал он.

С улицы донесся топот копыт: по деревянному мосту проскакали несколько лошадей.

— Зачем ты пришел сюда? — спросила у Филипа Алина.

— Мне назначена встреча, — ответил он и, повернувшись, направился к двери. Дорогу ему преграждал Мэттью. Какое-то время они неподвижно стояли друг против друга. Филип старался сообразить, уж не собираются ли они помешать ему уйти. Но затем управляющий отступил в сторону.

Филип вышел. Приподняв подол сутаны, он поспешил вниз по винтовой лестнице. Спустившись, он услышал позади себя торопливые шаги. Это был Мэттью.

— Не говори никому, что мы здесь, — попросил он.

Филип понял, что управляющий ясно осознавал всю нереальность их положения.

— Как долго вы намерены оставаться в замке?

— Столько, сколько сможем.

— А когда вам все-таки придется уйти, что тогда будете делать?

— Не знаю.

Филип кивнул.

— Я сохраню вашу тайну, — сказал он.

— Благодарю тебя, святой отец.