Читаем Стихия полностью

— Да ну тебя, прекрати уже попытки запихнуть меня в разные клубы по интересам. Тут к словам надо прислушиваться. Раньше это был мой любимый сонет, — я вспомнила, как перечитывала его снова и снова, находя в нем отголоски своей души и зарываясь все глубже в собственное горе. Но сейчас мне стало лучше, время (и психолог) все-таки лечит, поэтому сонет потерял свое былое очарование.

— Когда-нибудь счастье посетит тебя, — пробормотала Дарина и положила голову мне на плечо.

— Оно уже посетило меня, — я посмотрела на лучшую подругу и улыбнулась. — Давай работу закончим и прогуляемся. Погода хорошая.

Дарина подозрительно посмотрела на меня, ища в моих словах подвох.

— Там же солнце, которое ты терпеть не можешь.

— А оно уже практически летнее. И вообще, если оно мне надоест, я наколдую дождик, — я ткнула Дарину в бок, и мы вернулись к работе.

Я стояла перед зеркалом, напряженно думая, в чем же выйти в свет. Дарина настаивала на платье, значит, эта коварная сваха опять хочет меня с кем-то познакомить, не принимая во внимание все мои объяснения о неспособности кого-то полюбить в ближайшее время. Или это «ближайшее время» уже истекло спустя два года? Мне сказали, что одно из последствий того чудовищного стресса — боязнь любить. Точнее, полюбить для меня было не очень сложно, труднее станет потом. Я бы каждую секунду тряслась из-за боязни потерять любимого человека. И из нее вытекает панический страх любить. Именно поэтому я ограничилась двумя любимыми людьми: папой и Дариной. Большего мне не надо.

Так в чем же пойти? Пока раздумывала, с работы вернулся отец.

— Привет, пап. Как дела на работе? — спросила я из своей комнаты.

— Отлично. Скоро в отпуск. А в школе? — судя по шагам, папа прошел в кухню.

— Массовую уборку делали. Пап, скажи, юбка или штаны? — спросила я, в одной руке держа широкие штанищи с множеством карманов, а в другой — струящуюся юбку. Папа всегда въезжает во все быстро.

— Это ты мне или себе выбираешь? — усмехнулся он, гремя какой-то посудой.

— Ну, что останется, то и будет тебе.

— Тогда штаны.

— Так штаны мне или тебе?

— Тебе. Мне отдашь юбку, я покрашу ее в клеточку и уеду в Шотландию.

Я улыбнулась собственному отражению, нацепила штаны и протопала на кухню.

— Ты на волынке играть не умеешь, — сказала я, повиснув на папиной шее.

— Ты разбила мои мечты. Куда собираешься?

— Гулять. Даринка собирает какой-то народ, на набережную пойдем, наверное, — я слезла с папиной шеи и достала пакет сока.

— Возьми из одежды что-нибудь сверху накинуть, вечером у воды прохладно, — отец внимательно на меня посмотрел. Даже представить не могу, как он за меня беспокоится каждую минуту своей жизни. Надеюсь, он дает себе передышки, чтобы думать о чем-нибудь другом. Поставив стакан на стол, я посмотрела на своего обожаемого родителя и улыбнулась:

— Конечно.

И вместо обычного напутствия он прошептал:

— Улыбайся почаще.

Мы шли по набережной: я, Дарина, ее бессменный кавалер Гоша и мой новый знакомый Алекс. Понятия не имею, как его звали на самом деле: Саша или Леша — мне было все равно. И что вообще за идиотизм — коверкать свое имя? Хорошо хоть американский акцент к речи не добавил. Хотя, может, он не виноват, а это его родители так поиздевались?

Дарина дулась на меня из-за моего «пацанского» прикида. В свою защиту я говорила ей, что вечером у воды в платье холодно, так что как раз-таки мой выбор разумен, а выбор подруги в пользу тонкого платья — нет, тем более с ее супер-здоровьем. Алекс, чувствуя повисшую в нашей компании напряженность, развлекал всех троих, как только мог. К сожалению, меня его шутки-прибаутки только раздражали, поэтому в глазах бедного парня я наверняка оказалась старой и ворчливой бабкой. Зато более внимательной.

Было где-то около десяти вечера, наверное, когда мы собирались возвращаться домой с рано опустевшей набережной. Лишь где-то в темноте маячили пять ссутулившихся силуэтов, периодически кидавшие взгляды в нашу сторону. Причем уже давно кидавшие, о чем я и оповестила остальных. Парни напряглись, видимо, сравнивая свои силы с силами неизвестных. Дарина переводила чуть нервный взгляд с меня на неизвестных и обратно: видимо, ожидала моей реакции. Пару раз я уже вполне успешно спасала нас от каких-то придурков, но, во-первых, тогда я регулярно посещала тренировки, а во-вторых, придурки приставали не в таком количестве. Подруга внимательно смотрела на меня, но я в ответ лишь покачала головой, признавая, что силы неравны. Хотя сейчас со мной еще двое парней… Вот черт, ну почему мы оказались именно здесь и сейчас!

— Так, девчонки, вам бы сейчас домой быстрее, да, боюсь, не успеете, — Алекс с опаской оглянулся на неизвестную пятерку. — Придется вам где-то спрятаться.

— Почему только нам? — возразила я. — Давайте просто в темпе, но не дергаясь, свалим отсюда куда-нибудь.

— Может, мы вообще их не интересуем? — с надеждой спросила Дарина, но под красноречивыми взглядами ребят примолкла.